У микрофона Айше Сеитмуратова Передачи по Радио "Свобода" №1 А.ГЕРЦЕН И ДРУГИЕ ПИСАТЕЛИ О ГОНЕНИЯХ НА КРЫМСКИХ ТАТАР 10 июля 1774 года между правительствами России и Турции был заключен Кучук-Кайнарджийский мирный договор, по которому Крымское ханство признавалось "вольным и совершенно независимым от всякой посторонней власти". Однако эта "независимость Крымского ханства" длилась только до 1783 года. В 1783 году правительство царской России вероломно нарушило Кучук-Кайнарджийский мирный договор и присоединило Крым к России. Присоединив Крым, царское правительство сразу же приступило к уничтожению государственности крымских татар. Характеризуя захватническую политику царизма, крымские татары в своем журнале "Эмель"1 пишут:

"Крымские татары "под скипетром русских царей" лишились не только национальной государственности и территориальной целостности. В результате непрекращающейся травли, периодических изгнаний со своих земель на чужбину, от некогда 7-миллионного народа сохранилось 102 тысячи душ, да и те были оттеснены на бесплодные земли Крымского полуострова. Ступив на территорию крымского государства, русские завоеватели предали огню все литературные памятники народа, хранившиеся в библиотеке Бахчисарайского дворца, одной из богатейших сокровищниц мировой культуры своего времени. По специальным указам уничтожались архитектурные памятники народа".

"Крым - без крымских татар" - такова была политика российского царизма в отношении крымскотатарского народа. Царские чиновники, колонизаторы Крыма, истребляя и преследуя коренных жителей края, после Крымской войны готовы были нанести окончательный удар по крымским татарам, обвинив их в измене.

Можно сказать, что этот план не был осуществлен благодаря русскому демократу Герцену. В декабре 1861 года в газете Герцена "Колокол" была помещена статья самого Герцена "Гонение на крымских татар"².

В этой статье Герцен писал: "Гонение на крымских татар началось во время последней войны [речь идет о Крымской войне - Прим. А.С. - ред.]. По получении известия о высадке союзников, Таврический губернатор послал чиновника Максимовича с сотней казаков для наблюдения за татарами в Евпаторийском уезде. Максимович с казаками начал наказывать и грабить во всех деревнях, казаки насиловали женщин, в деревне Тшей засекли 7-х человек и при этом объявили, что с приходом русских войск все татары будут перерезаны. Общее мнение всех знающих Крым: единогласно говорит в пользу татар. Это народ тихий, покорный, не имеющий никаких предубеждений против русского правительства, несмотря на все угнетения, народ, никогда не думавший о переходе к единоверцам и далеко не изуверный...

Чтобы понять всю преступность правительственных распоряжений, заметим, что из 241 тысячи душ магометанского населения Крыма - ушло 100 тысяч. Вся степная часть полуострова уже представляет вид пустыни: села без жителей, поля не вспаханы, и нет сомнения, что с будущей весной горная часть, в которой движение татар относительно к степной еще мало заметно, представит ту же пустынную картину".

Герцену удалось привлечь внимание мировой общественности, с которым царское правительство вынуждено было считаться. И 102 тысячи крымских татар остались на своей исконной земле, в Крыму.

Кроме Герцена о гонениях на крымских татар при царизме особенно четко и ясно стали писать в советской печати после Октябрьской революции. Например, советский автор Трайнин в 1924 году писал: "Долгие годы колонизаторской политики привели к тому, что крымские татары были оттеснены в гористые местности, где они оставались не только в самых худших экономических условиях, по и без права на развитие своей родной культуры. Тысячами они покидали родную страну, отправлялись в Турцию и другие балканские страны".

А газета "Жизнь национальностей" от 25 октября 1921 года писала: "Крымская Республика - это должное возмещение за все обиды, за долгую насильническую политику царского режима".

В Большой Советской Энциклопедии о колонизаторской политике царизма в Крыму сказано: "Завладев Крымом, Екатерина II немедленно приступила к отобранию у трудящихся Крыма земли и наделению ею своих чиновников и дворян. Только за 12 лет (то есть в 1783-1796 гг.) было отнято у крестьян и роздано дворянам, по официальным данным, 288.064 десятины.

Кроме того, по свидетельству современников, татарские земли захватывались судьями, чиновниками и т.д. Крымские татары-крестьяне лишались своих земель и оттеснялись с богатых и широких степей Крыма в бесплодную и выжженную яйлу. Вслед за земельным ограблением крестьянства установилось в Крыму и крепостное право... Установившийся тяжелый колониальный гнет вызвал массовую эмиграцию крымских татар. Всячески притесняя и изгоняя татар из Крыма, царское правительство в целях колонизации края щедро раздавало русским дворянам и сановникам освободившиеся таким образом земли в Крыму... Всякая возможность получения образования в светских школах на татарском языке пресекалась в корне".

Но вот, начиная с 1944 года, советское правительство полностью ликвидировало школы на крымскотатарском языке. И на сегодня крымскотатарские дети не имеют даже букваря на родном языке. В самые критические моменты своей трагической национальной судьбы крымские татары находили поддержку со стороны демократической общественности России и мировой общественности. Яркий пример тому, как уже говорилось, Герцен. И через 130 лет подобным же образом судьба крымских татар оказалась зависящей от мирового общественного мнения и прогрессивного демократического мнения внутри страны. Демократические силы в СССР прилагают большие усилия для привлечения внимания мировой общественности к судьбе крымскотатарского народа.

Неоднократные заявления академика Сахарова³ относительно крымскотатарского национального вопроса, его голос в защиту преследуемых активных участников национального движения способствовали росту внимания международной общественности к национальной судьбе крымских татар в СССР. Можно назвать и таких защитников крымских татар, как Костерин⁴, Григоренко⁵, Лавут⁶, Великанова⁷ и другие, которые неоднократно обращались к мировой общественности с просьбой спасти крымских татар от гибели. В своем Обращении ко всем людям от 1976 года эти защитники крымских татар писали: "Мы, на примере сотен семей, беремся доказать еще раз о ярой национальной дискриминации крымских татар - одной из самых малых наций Советского Союза, борющихся за возвращение на свою родину - Крым, восстановление своих национальных и человеческих прав. Речь идет о спасении нации, о защите принципа национального самоопределения и равноправия, провозглашенных Конституцией СССР и Уставом ООН...

Выражаем возмущение национальной дискриминацией, издевательствами над представителями крымскотатарского народа, пытающимися вернуться на свою родину - в Крым.

Июль 1976 года.

Великанова, Ходорович⁸, Ланда⁹ и другие".

Все приведенные мною документы ярко свидетельствуют о гонениях на крымских татар со дня захвата Крыма Россией и по сей день, а также о протестах против этих гонений со стороны подлинных русских демократов.

Автор А. Сеитмуратова

Редактор А.Адамович

Для программы "Документы и люди"

[1981?]

№2

Декрет об образовании Крымской АССР (18 октября 1921 года)

18 октября 1921 года был издан Декрет Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров об образовании Крымской АССР. В Декрете было сказано:

"Образовать Автономную Крымскую Советскую Социалистическую республику как часть РСФСР в границах Крымского полуострова из существующих округов: Джанкойского, Евпаторийского, Керченского, Севастопольского, Симферопольского, Феодосийского и Ялтинского. Подписи: Председатель ВЦИК Калинин; Председатель СНК Ульянов /Ленин/; Секретарь ВЦИК Енукидзе. 18 октября 1921 года".

В ноябре 1921 года на первом же Учредительном съезде Советов Крымской АССР был поставлен вопрос о переводе на татарский язык делопроизводства государственного аппарата. В постановлении ЦИК и Совета Народных Комиссаров Крыма "О татаризации государственного аппарата и применении татарского языка в учреждениях республики" говорилось:

"1. Все законодательные акты и правительственные обращения должны издаваться с переводами их на татарский язык;

2.Вывески, плакаты, лозунги, воззвания, вывешиваемые правительственными учреждениями и лицами, должны иметь перевод текста их на татарский язык;

3.Отменить все существующие ограничения в отношении татарского языка, как, например, подачу телеграмм, разговоры по прямому проводу и прочие".

Это постановление было также подтверждено Конституцией Крымской АССР от 1921 года - "государственными языками принимаются русский и татарский".

На основании Декрета от 18 октября 1921 года в Крымской АССР было учреждено 12 Народных комиссариатов.

Административно-территориально Крымская АССР делилась на 25 районов и 6 городов, выделенных в самостоятельные административные единицы. Столицей Крымской АССР была Ак-Мечеть /ныне Симферополь/.

7 ноября 1921 года Крымская АССР на основе Постановления ВЦИК и СНК РСФСР от 18 октября 1921 года вошла в состав РСФСР как автономная республика. Газета "Жизнь национальностей" от 25 октября 1921 года писала: "Крымская республика - это должное возмещение за все обиды, за долгую насильническую политику царского режима. Но, главным образом, провозглашение Республики означает для социальных преобразований, направленных к тому, чтобы удовлетворить все вопиющие нужды трудовых элементов коренного населения Крыма...

Без правильной, удовлетворяющей татарскую бедноту и трудовую интеллигенцию политики советского Крыма, мы ни в коем случае не усилим симпатии трудящихся масс Востока...".

Национальный состав Крыма в 1921 году был следующим: татары составляли 23,1 процента; русские - 43,5 процента; украинцы - 10 процентов; евреи - 7,4 процента; немцы - 5,7 процента и прочие национальности - 10,3 процента. Предоставляя автономию коренному населению Крыма - крымским татарам, советское правительство, прежде всего, стремилось превратить Крым ещё и в "маяк" для мусульман Востока, и, прежде всего, Турции.

И действительно, за десять-пятнадцать лет крымскотатарский народ достиг определенных успехов. И провозглашение республики - Крымской АССР отвечало чаяниям крымскотатарского народа. Тем более, что крымские татары "под скипетром русских царей" лишились не только своей национальной государственности и территориальной целостности, но подвергались физическому уничтожению и изгнанию со своих земель на чужбину. Крымские татары, отмечая годовщину образования Крымской АССР, в своем обращении к Политбюро "Заявление - 1984" пишут следующее: "За короткое время Крымская АССР достигла выдающихся успехов в сельском хозяйстве, обеспечивших подъем экономики народного хозяйства Крыма, выполнила свои обязательства перед советским государством и одной из первых автономных республик 3 января 1934 года была награждена Орденом Ленина...

К началу 1940 годов в общеобразовательных школах республики более 80 тысяч учащихся крымскотатарской национальности обучались на своем родном языке. В двух институтах, семи техникумах, одиннадцати училищах по подготовке национальных кадров преподавание проводилось на одном крымскотатарском языке.

На крымскотатарском языке издавалось четыре журнала, две республиканские и более 10 районных газет, общим ежедневным тиражом более 60 тысяч экземпляров. Были организованы ежедневные многочасовые радиопередачи на родном языке... В этот же период зарождается и крымскотатарская кинематография... Процветали прикладное искусство и народные ремесла и т.д.

Крымскотатарский народ делал свои первые шаги к возрождению народа после 134-летнего колониального ига, в результате которого коренное население Крыма было поставлено на грань физического и культурного вымирания.

Однако в период культа личности весь крымскотатарский народ огульно был обвинен в измене Родине, несмотря на то, что с первых же дней нападения фашистской Германии на нашу страну, он, наряду с другими народами СССР встал на защиту отчизны...

Выселение малых народностей в 1941-1944 годах, как констатировала партия, было нарушением социалистической законности в период культа личности".

С 18 мая 1944 года Крым уже не "маяк" и не "факел" для мусульман Востока, он стал ареной уничтожения мусульман. Крымская АССР формально была ликвидирована в 1946 году, а фактически ликвидирована с 18 мая 1944 года, когда был выселен весь крымскотатарский народ.

В результате выселения погибло 46,2 процента крымских татар - мусульман Крыма¹⁰.

С 1944 года крымскотатарский народ не имеет своей государственности и конституции, школ, вузов, культурных учреждений и т.д. И вот уже более 40 лет крымскотатарский народ, вся нация находится в ссылке. На грани гибели находится не только сам народ, но и его культура.

Такое трагическое положение народа является прямым следствием ликвидации декрета об образовании Крымской АССР и заменой его дискриминационными правовыми актами. Это Указы Президиума Верховного Совета Союза ССР от 28 апреля 1956 года и 1967 года.

До тех пор, пока не будет восстановлена государственность народа, т.е. Крымская АССР, говорить о равноправии крымскотатарского народа нет основания.

Автор А. Сеитмуратова

Редактор Ю. Гендлер

Для программы "Документы и люди"

[1985]

№3

ЖЕНЩИНЫ-КРЫМСКИЕ ТАТАРКИ В БОРЬБЕ ПРОТИВ ФАШИЗМА

9 мая исполнится 40 лет со дня разгрома гитлеровского фашизма. Внес свой вклад в победу и крымскотатарский народ. Однако вот уже 40 лет как советское государство умалчивает о борьбе крымскотатарского народа против фашизма. И не только умалчивает, да еще и клевещет на целую нацию, обвиняя ее в "измене родине". Но каждый крымский татарин знает историю борьбы своего народа против фашизма. И единственное, что мы, крымские татары, можем противопоставить фальсификации, лжи и клевете советского правительства - это реальные факты и документы. Основываясь на фактических материалах, хочу рассказать о славных дочерях крымскотатарского народа - участницах Второй мировой войны. Накануне 40-летия разгрома фашизма свою беседу я посвящаю живым и погибшим женщинам - крымским татаркам - участницам войны. В крымскотатарских документах¹¹ читаем:

"Женщины - крымские татарки сражались против фашистов как на фронтах Второй мировой войны, так и в партизанах и в подполье. Только по мобилизации на фронтах воевали 1820 женщин; в партизанах -1.797 женщин; в подполье - 1.774 женщины. Удельный вес татарок по отношению ко всем участникам Второй мировой войны составлял 3,8 процента. Это врачи, медсестры, связистки, разведчицы, подпольщицы".

В предыдущих беседах я уже говорила о некоторых славных дочерях крымскотатарского народа, о 19-летней разведчице Отдельной Приморской армии Алиме Абденнановой¹², о подпольщицах Найме Велиевой, Хатидже Чапчакчи, Абибе Асановой, Гульзаде Софу и других погибших в застенках гестапо в Крыму.

Женщины - крымские татарки сражались против оккупантов не только в Крыму, но и на всех фронтах Второй мировой войны. Например, 19-летняя Халисе Умерова добровольно с первых же дней войны пошла на фронт медсестрой. Начала свой боевой путь с Севастополя и дошла до Берлина. В Севастополе Умерова была тяжело ранена и числилась в списке погибших. Комсомольский билет Умеровой, пробитый пулей, находится в музее в Севастополе. Однако Халисе Умерова победила смерть. После госпиталя снова на фронт. И закончила спой боевой путь у стен рейхстага. Сейчас Халисе Умерова живет в Ростовской области в городе Шахты, работает в больнице. И только в 1960-е годы Умерова разыскала свою мать, высланную из Крыма в 1944 году, в Узбекистане.

Еще более трагично сложилась судьба Зейнеп Ибрагимовой, также из Севастополя. Зейнеп, проводив мужа па фронт, оставив маленькую дочь у родных, пошла служить на флот. 250 дней она участвовала в защите Севастополя. Служила на корабле "Эльбрус". Команда звала Зейнеп не по имени, а Черноморочкой. В начале 1944 года Зейнеп Ибрагимова получила извещение о смерти мужа. В мае 1944 года Ибрагимова на том же корабле "Эльбрус" участвовала в освобождении Севастополя.

Однако когда Ибрагимова сошла на берег родной земли, то родных и дочери не нашла в Крыму. Писала во все инстанции, но ответы были неутешительные, а однажды сообщили, что дочери нет в живых. Зейнеп Ибрагимова благодаря своим соотечественникам в 1975 году разыскала свою дочь Севиль. Мать и дочь встретились через 31 год. Зейнеп Ибрагимова награждена многими медалями Отечественной войны.

Такова была участь многих женщин-татарок - участниц войны. А многие женщины-воины и по сей день не знают о судьбе своих детей, отцов и матерей. Не знают даже, где их могилы.

Несколько слов о майоре медицины Суваде Куюмджи. С первых же дней войны Суваде Куюмджи вместе с мужем (тоже врачом) была мобилизована на фронт.

Начала свой путь Суваде Куюмджи с Одессы, участвовала в Керченском десанте, в Сталинградской битве. За героизм, проявленный в боях под Сталинградом, она вместе с другими воинами была вызвана в Москву. И лично Калинин приколол тогда Суваде на грудь орден "Красной Звезды" Участвовала в освобождении Венгрии, Польши, Чехословакии и Германии и 9 мая была в Берлине. Демобилизовалась Суваде Куюмджи из армии в 1947 году и, конечно, тут же была отправлена в ссылку, в Узбекистан.

Прямо из Кишинева в Ташкент в ссылку были отправлены Майре Ахаева и Зера Аметова - партизаны Югославии. Каким образом крымские татарки оказались в Югославии?

Майре Ахаеву и Зеру Аметову угнали в Германию как рабочую силу. Угнанных в Германию, как и военнопленных, держали в лагерях. Ахаевой и Аметовой удалось с небольшой группой бежать из лагеря. Так они попали к партизанам Югославии. День Победы 9 мая девушки праздновали в Белграде.

Но вот гитлеровская Германия разгромлена. Майре Ахаева и Зера Аметова попрощались со своими югославскими друзьями и поспешили домой, на родину, в Крым. Но, увы! В Кишиневе девушкам вручили билеты не в Крым, а в Ташкент, и этапом отправили в ссылку. Такая участь ждала всех воинов - крымских татар, возвращавшихся с победой на родину после войны. Не учитывали ничего - ни заслуг, ни чинов, ни должностей. За "измену родине" - на вечную ссылку!

Крымскотатарский народ хорошо понимает, что выслали его не за "измену", а для того, чтобы осуществить политику "Крым - без крымских татар". И потому, что крымские татары - мусульмане Крыма. А вот то, что мусульманки Крыма - крымские татарки проливали кровь, отдавали жизни в борьбе против фашизма - никем не учитывалось. Крымскотатарский народ гордится своими дочерьми, такими, как:

1.Земине Дагджи, хирург. Сколько жизней спасла Земине, разве можно счесть? Имя Земине Дагджи известно всему нашему народу.

2.Менсаре Аблякимова, медсестра. Из самого ада боя вытаскивала раненых бойцов, сама неоднократно была ранена.

3.Таифе Рсанова, Алиме Ибрагимова.

4.Васфие Селимова, фельдшер. В Сталинградской битве была тяжело ранена. Скончалась от ран 13 сентября 1944 года в Ростове-на-Дону. Отдали жизнь за родину два брата Селимовой, а мать была выслана в Узбекистан.

Сотни крымских женщин отдали жизнь в борьбе с фашизмом. Вечная память павшим за родину дочерям крымскотатарского народа! Накануне 40-летия разгрома фашизма поздравляю всех участников Второй мировой войны с победой и желаю им и всему народу спокойной и мирной жизни у себя на родине, в Крыму!

Автор А. Сеитмуратова

Редактор А. Адамович

Для программы "Документы и люди"

[1984]

№4

О ГЕРОИЧЕСКИХ ПОДВИГАХ КРЫМСКИХ ТАТАР

В этой своей беседе я хочу рассказать о героических подвигах крымских татар, о крымских татарах - Героях Советского Союза.

На протяжении сорока лет мощная пропагандистская машина советского государства, выпуская и распространяя свою массовую продукцию - многотиражные капитальные издания, кинофильмы, передачи телевидения и радио, материалы газет и журналов, музейные экспонаты - систематически очерняет и фальсифицирует прошлое крымскотатарского народа. При этом, как правило, умалчивается о десятках тысяч дочерей и сыновей народа, отдавших жизнь за родину в борьбе с фашизмом на фронтах и в тылу врага.

До сих пор сознательно, целенаправленно очерняют целый народ, замалчивая факты его активной борьбы против фашизма.

Однако исторические факты всенародного активного участия крымских татар в разгроме фашизма, славных боевых делах, героизме и отваге сынов и дочерей нашего народа, - как на фронтах войны, так и в тылу врага, с убедительной ясностью доказывают несостоятельность обвинения крымских татар в "измене Родине".

Крымские татары в своем "Заявлении-1984" на имя Политбюро ЦК КПСС пишут:

"Весь крымскотатарский народ огульно был обвинен в измене Родине, несмотря на то, что с первых же дней нападения фашистской Германии на нашу страну он, по зову партии, наряду с другими народами СССР, встал на защиту социалистической отчизны. Десятки тысяч сыновей и дочерей нашего народа с оружием в руках защищали честь и независимость великой родины. Тысячи воинов - крымских татар были удостоены высших наград Родины - сегодня известны имена десяти Героев Советского Союза и десяти полных кавалеров Орденов Славы. За массовое сопротивление в тылу врага 12 тысяч крымских татар было уничтожено фашистскими карательными отрядами. Было сожжено около ста татарских деревень. Более 16 тысяч сыновей и дочерей нашего народа легли на полях сражений".

Крымские татары знают своих славных сыновей и дочерей, и гордятся ими. В своем "Обращении" на имя XXIII съезда КПСС крымские татары пишут: "На всех фронтах Отечественной войны крымские татары показали образцы героизма и стойкости...

Беспримерные подвиги Героя Советского Союза Абдуреима Решитова; легендарное сражение 12 отважных воинов на острове Пушкарева под руководством Героя Советского Союза Абдулы Тейфука, героизм и отвага при форсировании Днепра Героя Советского Союза Узеира Абдураманова; выдающийся личный пример Героя Советского Союза Сейтнафе Сейтвелиева, который в одном из боев в Белоруссии подбил 15 фашистских танков.

Славный сын, гордость крымскотатарского народа, дважды Герой Советского Союза, Лауреат Государственной премии, известный советский ас, ныне заслуженный летчик-испытатель СССР Аметхан Султан показал в Великой Отечественной войне чудеса летного мастерства, бесстрашие и героизм.

Он доказал беспредельную верность родине и народу".

Вот об этих героях, их подвигах я и хочу рассказать. С этими людьми я встречалась и подолгу беседовала о войне, о трагедии нашего народа и о борьбе за возвращение на родину, в Крым.

Начну свой рассказ с Аметхана Султана.

Родился Аметхан в городе Алупке, в Крыму, в 1920 году. После окончания школы учился в фабрично-заводском училище. Затем работал в паровозном депо станции Симферополь.

Однако Аметхан Султан мечтал о том, чтобы стать летчиком, летать. Он поступил в Симферопольский аэроклуб, а затем в Качинскую авиационную школу. В 1940 году Аметхан заканчивает эту школу и становится летчиком-истребителем.

С первых же дней войны Аметхан на фронте. За годы войны Аметхан Султан совершил 603 боевых вылета, участвовал в 130 воздушных боях. На боевом счету Аметхана было 49 уничтоженных самолетов врага. 30 из них были сбиты Аметханом лично и 19 в групповом бою.

Только в одном воздушном бою "шестерка", которую вел Аметхан Султан, сбила 40 вражеских самолетов. Воздушная армада фашистов в этом бою состояла из 150 машин.

В первые дни войны над Ярославлем Аметхан Султан таранил врага. Сам же выбросился на парашюте. Залечил раны - и снова в полет. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 24 августа 1943 года Аметхану Султану было присвоено звание Героя Советского Союза. А 29 июня 1945 года за героические подвиги в период войны Аметхан Султан был награжден второй медалью "Золотая звезда".

Аметхан участвовал в освобождении Севастополя и всего Крыма.

В трагическую ночь 18 мая Аметхан Султан был в отпуске и находился в доме родителей. Аметхан был срочно отправлен (хотя срок отпуска не истек) на фронт, а мать, отец, брат и сестра Аметхана были загнаны в скотские вагоны и отправлены на Урал, в ссылку за "измену родине".

После войны Аметхан Султан стал летчиком-испытателем. Более двадцати лет своей жизни Аметхан отдал этому делу.

Погиб Аметхан Султан при испытании, как принято говорить, "при исполнении служебных обязанностей". Похоронен на Новодевичьем кладбище.

Другой славный сын нашего народа - это Абдула Тейфук.

Родился Абдула Тейфук в Крыму, в Алуштинском районе, в 1915 году. Окончив среднюю школу, поступил в Крымский педагогический институт. До начала войны работал учителем. С самого начала войны был мобилизован на фронт.

Абдула Тейфук командовал батальоном 175-го полка 58-й гвардейской стрелковой дивизии. В 1943 году при переправе через Днепр гвардейцы капитана Абдулы Тейфука, заняв Пушкаревский остров, обеспечили быструю переправу советских войск через Днепр. За 18 дней боев на Пушкаревском острове было уничтожено до 750 немецких солдат и офицеров, 12 минометов, 42 пулемета, 2 артиллерийских орудия и много другой техники.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 декабря 1943 года за умелое командование батальоном и личное мужество в боях при переправе через Днепр Абдуле Тейфуку было присвоено высокое звание Героя Советского Союза.

Погиб майор Абдула Тейфук в марте 1945 года в бою на территории Германии. Похоронен на Холме Славы во Львове.

Как видим, даже мертвых героев - крымских татар - не пускали в Крым. Почему Абдула Тейфук не был похоронен у себя на родине, в Крыму?

Вот уже 40 лет в ссылке в Узбекистане и Таджикистане живут Герои Советского Союза Узеир Абдураманов и Сейтнафе Сейтвелиев.

Узеир Абдураманов командовал 321-м армейским инженерным батальоном. За мужество и отвагу, за образцы бесстрашия и героизма в боях Указом Президиума Верховного Совета СССР от 15 января 1944 года Абдураманову Узеиру Абдурамановичу присвоено звание Героя Советского Союза. Живет Абдураманов в г. Навои Узбекской ССР.

А Сейтнафе Сейтвелиев проживает в городе Ленинабад Таджикской ССР. Родился Сейтвелиев в Крыму, недалеко от Зуи, в 1919 году. В 1939 году призван в Красную Армию. С первых же дней войны на фронте воевал на Южном, Сталинградском, Белорусском и других фронтах. Защищал Одессу, Севастополь, Сталинград, участвовал в Керченском десанте и был на Курской дуге. В одном только бою артиллерист Сейтвелиев подбил 15 вражеских танков.

В Указе Президиума Верховного Совета СССР сказано:

"За мужество и храбрость в бою, за обеспечение захвата и удержание нижнего опорного пункта врага Указом Президиума Верховного Совета СССР от 25 сентября 1944 года Сейтнафе Сейтвелиеву присвоено звание героя Советского Союза".

Единственный герой крымский татарин, которому удалось прописаться в Крыму после Указа от 5 сентября 1967 года - это Абдуреим Решитов.

Родился Решитов в селе Мамашай Бахчисарайского района Крыма в 1912 году.

Окончил школу военных летчиков. В ночь на 22 июня 1941 года лейтенант Решитов со своим звеном дежурил на аэродроме под Одессой. В четыре часа утра фашистская Германия напала на СССР. С первых же минут войны Решитов на фронте. Им совершено 222 боевых вылета на бомбардировщике. Приведу некоторые сведения из документов военного времени:

17 марта 1942 года: "При выполнении боевого задания на разведке Решитов обнаружил скопление войск и автомашин противника в населенном пункте Сергеевка (Донбасс), где и провел бомбовой удар по аэродрому Константиновка, где уничтожил 18 самолетов противника, что было подтверждено фотоснимками...".

20 мая 1942 года: "В составе девяти самолетов произвели повторно бомбежку по аэродрому, где уничтожили 22 самолета, что также подтверждено фотоснимками".

17 июля 1944 года: "Выполняя боевое задание по бомбометанию на скопления танков и автомашин противника в населенном пункте Плугов (Польша), с одного захода было уничтожено 10 автомашин и танков".

Подобных сведений о боевых делах летчика Решитова множество. Абдуреим Решитов награжден орденами Ленина, Красного Знамени, Александра Невского, а 27 июня 1945 года за проявленные в боях мужество, отвагу и героизм майору Абдуреиму Решитову присвоено звание Героя Советского Союза.

И только в 1968 году герою Решитову, тоже с "боями", удалось прописаться у себя на Родине, в Крыму. Сейчас подполковник Решитов живет в Симферополе.

Я рассказала только о нескольких героях крымских татар. А сколько еще героев крымских татар, о которых советское правительство вот уже 40 лет умалчивает.

В Крыму нет ни одной улицы, школы или села, которым было бы присвоено имя героя - крымского татарина.

Автор А. Сеитмуратова

Редактор А. Адамович

Для программы "Документы и люди"

[1984]

№5

КРЫМСКОТАТАРСКИЕ ПОЭТЫ И ПИСАТЕЛИ В БОРЬБЕ ПРОТИВ ФАШИЗМА (1941-1945 годы)

Бомбы, сброшенные на Севастополь в первые часы нападения фашистской Германии на Советский Союз, подняли весь крымскотатарский народ вместе с другими народами СССР на борьбу против фашизма. Не остались безучастными поэты и писатели крымскотатарского народа. Они показали чудеса героизма и отваги, как на фронтах, так и в тылу врага. Сменив свои перья на автоматы, крымскотатарские писатели и поэты защищали родину и народ.

Накануне 40-летия разгрома фашизма свою беседу я посвящаю поэтам и писателям крымскотатарского народа, погибшим во Второй мировой войне. Из 15-ти поэтов и писателей - участников войны - 12 погибли. Вот о погибших во Второй мировой войне крымскотатарских поэтах и писателях я и хочу рассказать.

Прежде всего, это поэт Халиль Джемилевич Кадыров, известный под псевдонимом Ыргат Кадыр. Родился Ыргат Кадыр в Крыму, в деревне Ускут Алуштинского района, в 1905 году. После школы поступил сначала на Рабфак, а в 1929 году - в Крымский пединститут. В студенческие годы Ыргат Кадыр написал целую серию стихов под общим заглавием "Ыргъатнынъ йырлары" (Песни батрака). В 1931 году Ыргат Кадыр выпустил сборник под заглавием "Удгиюм" (Штурм).

На первом съезде Союза писателей СССР Ыргат Кадыр был избран членом ревизионной комиссии. В 1936 году была издана отдельной книгой поэма Ыргат Кадыра "Исмаил". Ыргат Кадыр с первого же дня войны на фронте. Четырежды был ранен. Неоднократно был награжден. В 1945 году воевал в Восточной Пруссии. 24 января 1945 года гвардии старший лейтенант Ыргат Кадыр был тяжело ранен. Умер Ыргат Кадыр 26 января 1945 года в госпитале. Похоронен он в братской могиле недалеко от деревни Попендорф в Восточной Пруссии. Жена и сын Ыргата Кадыра живут в Москве.

Погиб на фронте и поэт Амди Алим. Родился Амди Алим (Ганиев) в 1908 году в Крыму, в деревне Адым-Чокрак. Начиная с 1927, в печати стали появляться патриотические произведения Алима. Перед самым началом войны был издан сборник стихов Алима под заглавием "Рапорт".

Но Амди Алим больше известен как поэт-переводчик. Он перевел на крымскотатарский язык "Отслло" Шекспира, "Как закалялась сталь" Николая Островского, "Витязь в тигровой шкуре" Шота Руставели и многие другие произведения. Амди Алим был всесторонне развитым, высококультурным и интересным человеком.

В то время, когда поэты и писатели крымскотатарского народа, защищая родину и советскую власть, проливали свою кровь, эта советская власть сжигала в Крыму книги на крымскотатарском языке. В том числе и произведения погибших поэтов и писателей.

Погиб на фронте и поэт Осман Амит. Родился Осман Амит в Крыму в 1910 году, в деревне Денизбачи, недалеко от Евпатории. В 1931 году Осман Амит поступил в Симферопольский пединститут.

Осман Амит стал печататься еще в 1925 году. Он так же, как и Амди Алим, знакомил крымскотатарский народ с произведениями русских и украинских классиков, переводил на крымскотатарский язык произведения Пушкина, Крылова, Лермонтова, Шевченко. Работал ответственным секретарем журналов "Яш ленинджилер" (Юные ленинцы) и "Эдебият ве культура" (Литература и культура). В 1939 году был призван в Красную Армию. С самого начала войны на фронте. Погиб в 1942 году. В 1944 году жену и сына Амита, загнав в скотские вагоны, отправили в ссылку, в Узбекистан.

Несколько слов о поэте Максуде Сулеймане. Родился он в Крыму в 1908 году, в деревне Беген Лариндорфского района. Максуд Сулейман - выпускник Симферопольского пединститута. Перед войной были изданы два сборника стихов Сулеймана. Он работал ответственным секретарем журнала "Совет эдебият" (Советская литература). На фронте был тяжело ранен. Скончался после тяжелых мук в госпитале.

При обороне Севастополя в 1942 году погиб писатель Мамут Дибаг. Родился Мамут Дибаг в 1905 году в Бахчисарае. Работал в редакциях газет и журналов. В 1938 году написал рассказ "Концерт". Позже появились другие рассказы и пьесы Мамута Дибага. Война оборвала творческую деятельность Дибага как писателя.

Погиб на фронте и поэт Азам Амет. Родился Азам Амет в 1909 году в Крыму, в деревне Калымтай. Учился в школе в Бахчисарае, после школы поступил на рабфак в Симферополе, а в 1931 году поступил в Московский государственный университет им. Ломоносова. С 1941 года на фронте в чине офицера. Погиб как герой, защищая свою родину.

В 26-летнем возрасте погиб при обороне Севастополя поэт и художник Меннан Решитов (псевдоним Джаманаклы). Родился Меннан Джаманаклы в Крыму в 1916 году, в деревне Джаманак. Окончив школу, Меннан поступил в строительный техникум. Одновременно печатал свои стихи в газетах и журналах Крыма. В 1938 году был призван в Черноморский флот. Служил в Севастополе политработником. С первых же минут войны защищал Севастополь. Имел 17 боевых наград. В 1942 году московское радио передавало об отделении политработника Решитова, о его героической борьбе против гитлеровцев в Севастополе. Но почему-то то же самое московское радио молчит о поэте - защитнике Севастополя Меннане Решитове (Джаманаклы).

А поэту Бекир Ваапу суждено было дойти до Берлина и там погибнуть. Родился Бекир Ваап в Крыму в 1915 году, в деревне Буюк-Каралез Бахчисарайского района. В 1938 году Ваап закончил Симферопольский пединститут. Еще в студенческие годы Бекир Ваап стал известен как поэт. Много писал и печатался. И уже в 1938 году Бекир Ваап был принят в Союз писателей СССР. С 1941 года Бекир Ваап на фронте. Погиб старший лейтенант поэт Бекир Ваап в 1945 году в Берлине.

В 1942 году в расцвете творческих сил был зверски убит фашистами писатель и педагог Абляй Шамиль Чонгарлы. Родился Абляй Шамиль в 1900 году, в деревне Камаджи Джанкойского района в Крыму.

В 1925 году был направлен учиться в Казанский университет. В 1930 году, окончив университет, вернулся в Крым и посвятил себя воспитанию подрастающего поколения. Написал несколько научных работ по педагогике, разрабатывал методику преподавания языка. Одновременно в печати появлялись рассказы и повести Абляя Шамиля. Расстрелян фашистами в 1942 году.

Погиб на фронте Второй мировой войны также учитель и поэт Таир Усеин. Родился Таир Усеин в 1911 году, в деревне Мангит Феодосийского района. В 1927 году, окончив Симферопольский педтехникум, работал учителем, и одновременно в печати появлялись стихи Усеина. С 1941 года Усеин на фронте. Погиб Таир Усеин - учитель, поэт и командир взвода - в 1942 году.

В первые же дни войны погиб, защищая Крым, писатель и художник Эннан Алимов¹³ .

В 1943 году в Крыму был расстрелян писатель и журналист Осман Батыров. Оказавшись в тылу врага, Батыров включился в подпольную борьбу против оккупантов. 6 ноября 1943 года был расстрелян фашистами. В то время, когда от вражеских пуль умирали поэты и писатели крымскотатарского народа, защищая свою родину Крым, по приказу советского правительства в 1944 году уничтожили их произведения. И не только произведения, но и их народ. В результате варварского акта выселения, погибла почти половина крымскотатарского народа.

Когда по секретному приказу советского правительства сжигали произведения - книги поэтов и писателей крымскотатарского народа, Союз писателей СССР молчал. Молчит Союз писателей и накануне 40-летия разгрома фашизма. А ведь многие из погибших поэтов и писателей были членами Союза писателей СССР.

Автор А. Сеитмуратова

Редактор А. Адамович

Для программы "Документы и люди"

[1985]

№6

КРЫМСКИЕ ТАТАРЫ В ПАРТИЗАНСКОМ ДВИЖЕНИИ КРЫМА

Крымские татары сражались против гитлеровской Германии не только на фронтах Второй мировой войны, но также принимали активное участие в партизанском движении против оккупантов. Активную борьбу крымского населения против оккупантов подтверждает тот факт, что командование немецкой армии предало огню более 80-ти горных деревень за поддержку партизанам. А в этих деревнях проживало около 15-ти процентов всей нации.

Историк Александр Некрич в своей книге "Наказанные народы"¹⁴ приводит состав 8-го партизанского отряда, составленный командиром Алиевым.

В его отряде было 138 человек, из них: русских - 48, крымских татар -38, азербайджанцев -28, украинцев -13, армян - 5 и других национальностей по одному. Это только в одном небольшом партизанском отряде - 38 крымских татар. В Крыму действовали три партизанских соединения: Южное, Северное и Восточное. И каждое соединение состояло из бригад: Южное и Восточное из двух, Северное - из трех.

Из трех партизанских соединений в двух комиссарами были крымские татары. Комиссарами крымские татары были также в двух бригадах из семи и в десяти отрядах из 28. Наиболее крупным по составу было Южное соединение - комиссаром был Мустафа Селимов. Комиссаром Восточного соединения был Рефат Мустафаев. Всего насчитывалось в Крыму 4,5 тысячи партизан, из них 2,3 тысячи в Южном соединении.

Крымские татары в своем Обращении к XXIII съезду КПСС писали: "Только в одном Южном соединении партизанских отрядов Крыма, в составе которого было 2300 бойцов, около 30 процентов составляли крымские татары. Как всему партизанскому движению Крыма, так и всему нашему народу хорошо известны имена комиссаров партизанских соединений Мустафы Селимова, Рефата Мустафаева; хорошо известны бессмертные подвиги героически погибшего командира Мемета Аппазова; известны подвиги комиссара Мемета Молочникова; навек прославил себя отважный командир и боевой разведчик партизан Аширов; известны всему Крыму разведчики Смаил Велиев, Ибраим Аметов, Бекир Османов, за головы которых немецкое командование обещало огромные суммы денег; ратными делами прославились разведчики Мухтеремов, Мазинов и многие другие. Их было много замечательных партизан, чьи боевые дела вызывают гордость и восхищение, служат ярким примером отваги, героизма и верности...".

Так писали крымские татары в своем Обращении к XXIII съезду КПСС. После XXIII съезда - в 1966 и 1971 годах инициаторами национального движения крымских татар было проведено исследование о гибели крымских татар в 1944-1945 годах; об участии крымскотатарского народа во Второй мировой войне, в партизанском движении, подполье и т.д.

Например, согласно составу, численность населения девяти деревень Крыма составляло 11.647 человек, из них мужчин призывного возраста было 2.558 человек. Из этих девяти деревень были призваны в армию и воевали на фронтах - 1830 человек, а в партизанских отрядах сражались 382 человека и в подполье 129 человек. Таким образом, данные исследования показывают, что все способные носить оружие крымские татары активно сражались против фашизма.

Гитлеровцы жестоко расправлялись с партизанами - крымскими татарами. Вот что пишет Некрич в своей книге "Наказанные народы": "Как поступали гитлеровцы с попавшими в их руки партизанами - крымскими татарами показывает расправа над партизаном Сейдали Курсеитовым. Его труп был обнаружен партизанами недалеко от Колан-Баира. Весь израненный, в кровоподтеках он висел на дереве. На груди у него была вырезана красная звезде и висела записка: "Так будет поступлено с каждым партизаном".

Далее Некрич в своей книге цитирует письмо от 1957 года комиссаров партизанских соединений Крыма: Мустафы Селимова, Рефата Мустафаева и писателя Шамиля Алядина Президиуму ЦК КПСС: "Мокроусов и Мартынов, чтобы скрыть свою личную беспомощность в борьбе с оккупантами и свалить грехи на местных жителей, неоднократно обращались к командованию с просьбой выслать боевые самолеты для бомбардировки мирных татарских сел и деревень Стиля, Кучук-Озенбаш и других. Одновременно они давали приказы по партизанским отрядам сжечь и стереть с лица земли татарские деревни и уничтожить их ни в чем неповинных жителей".

Приведу еще одно свидетельство о том, как Мокроусов и Мартынов уничтожали крымских татар. Бывший участник партизанского движения в Крыму, историк Олеха из Махачкалы, в своем письме в редакцию журнала "Звезда" писал:

"Сотни патриотов-татар, бежавших от оккупантов и стремившихся бороться против них с оружием в руках, Мокроусов выгонял из леса, отдавал их на расправу гитлеровцам. По его вине погибли в числе многих - бывший Педседатель Верховного Совета Крымской АССР Абдурефи Сеит-Ягья, директор винзавода Асан Сеферов, инструктор райкома партии Нури Османов и другие. Эту "ошибку", так удачно сыгравшую на руку врагам, нельзя расценивать иначе как предательство. Следующим шагом были: репрессии против татарских сел по приказу тоже шовинистически настроенных командиров партизан и карательные акции, сопровождаемые насилием. В деревне Мамут-Султан, например, группа русских партизан репрессировала жителей, оказавших помощь татарам-партизанам...".

Казалось бы, после таких репрессий крымские татары должны были бы повернуться к партизанам спиной. Однако крымские татары хорошо понимали, что это дело рук вредителей и продолжали сражаться против оккупантов. Это подтверждает и постановление Крымского обкома ВКП(б) от 18 ноября 1942 года, где сказано:

"Имеющиеся в распоряжении Областного комитета ВКП(б) факты свидетельствуют о том, что татарское население многих деревень не только сочувственно относится к партизанам, но активно помогло им. А десантные части, прибывшие в январе месяце 1942 года в Судак, целиком снабжались продовольствием окружающими татарскими селами этого района. Отряд Селезнева 4 месяца стоял в районе деревни Бешуй и снабжался продовольствием...

Анализ фактов, доклады командиров и комиссаров партизанских отрядов и проверка, проведенная на месте, свидетельствуют о том, что утверждение о якобы враждебном отношении большинства татарского населения Крыма к партизанам, и что большинство татар перешло на службу к врагу, является необоснованным и политически вредным...

Осудить как неправильное и политически вредное утверждение о враждебном отношении большинства крымских татар к партизанам и разъяснить, что крымские татары в основной своей массе также враждебно настроены к немецко-румынским оккупантам как и все трудящиеся Крыма".

Однако 18 мая 1944 года советское правительство осуществило мечту шовинистов: "Крым - без крымских татар", и осудило крымских татар - партизан, детей, женщин и стариков, а после войны - крымских татар на вечную ссылку.

И вот более 40 лет защитники родины носят клеймо "изменников". И накануне 40-летия разгрома гитлеровцев крымским татарам - партизанам Крыма желаю отпраздновать победу у себя на родине - в Крыму.

Вечная память павшим за родину!

Автор А. Сеитмуратова

Редактор Ю.Гендлер

Для программы "Документы и люди"

[1985]

№7

К ГОДОВЩИНЕ ДЕПОРТАЦИИ КРЫМСКОТАТАРСКОГО НАРОДА ИЗ КРЫМА 18 МАЯ 1944 ГОДА

Беседу о национальной трагедии моего народа, которая началась в ночь с 17 на 18 мая 1944 года, я хочу начать не с личных воспоминаний, а с иных свидетельств. Вот что пишет крымская татарка Ибрагимова Тензиле:

"Нас выселили из Фрайдорфского района, из деревни Аджиатмак 18 мая 1944 года. Выселение проходило очень жестоко. В три часа ночи (на рассвете), когда еще спали, вошли солдаты, приказали, чтобы мы за пять минут собрались и вышли из дома. Нам не разрешили брать с собой ни вещей, ни продуктов. С нами так грубо обращались, мы думали, что нас на расстрел ведут. Стоял сплошной плач голодных детей. Муж сражался на фронте. Я была с тремя детьми. Из нашей деревни вывезли 30 семей, из которых остались в живых неполных пять семей. И в этих осталось 1-2 человека, остальные погибли от голода и болезней.

Наши мужья были на фронте, и некому было хоронить умерших, и часто трупы лежали несколько суток вместе с живыми".

Можно с полной ответственностью сказать, что картина, описанная Тензиле Ибрагимовой, типична для каждой крымскотатарской семьи. То, что рассказал членам ЦК КПСС в Москве на приеме в 1957 году крымскотатарский писатель Шамиль Алядин, лишь дополняет картину:

"В 2 часа ночи с 17 на 18 мая 1944 года внезапно ворвались в квартиры татар оперативные работники и вооруженные автоматчики войск НКВД (КГБ)¹⁵, вытащили спавших женщин, детей, стариков из постелей и, наставляя на их груди автоматы, приказали в течение десяти минут покинуть квартиры... Людям не дали как следует одеться. Брать с собой одежду, вещи, деньги не разрешали. Автоматчики и оперативные работники шарили по квартирам, забирали у людей деньги, драгоценности и все, что им понравилось, при этом обзывали татар "проклятыми предателями" и т.д. Выехали люди голые и голодные, ехали месяц: в закрытых душных вагонах возникли тифозные болезни, дети, старики стали умирать от голода и болезни. Солдаты войск НКВД (КГБ) хватали мертвецов и выбрасывали их в окна вагонов".

В каждом описании тех страшных событий слышатся стон и плач. В каждом письме отражены ужасы выселения, пережитое горе, гибель народа, издевательства спецкомендантов, бесчеловечные условия жизни на местах поселения. Свидетельствует далее писатель Шамиль Алядин:

"По приезде, например, в городе Беговате по 50-100 человек загнали в землянки, в которых до татар жили немецкие пленные. В таких ужасных условиях татары начали гибнуть".

Приведу несколько строк из письма другого крымского татарина Мамеди Чобанова на имя Генерального секретаря ООН от сентября 1973 года:

"Двадцати дней отроду, в мае 1944 года, я был выслан со своей родины - Крыма, вместе со всем нашим многострадальным народом. Наша семья попала на Северный Урал, где в первую же зиму замерз и умер мой отец, не дожив до 50 лет, от холода и голода заболела туберкулезом моя старшая сестра и умерла в возрасте 21 года. И не только они, но и тысячи и тысячи других крымских татар погибли от тифа, голода, морозов, различных болезней. Все мое детство прошло на чужбине, на высылке, под спецкомендантским режимом. Нам не разрешалось удаляться от места проживания даже на несколько километров. Все мое поколение детей - крымских татар тех лет выросло в полутюремных условиях".

Трудно передать все, что творилось на местах спецпоселения. Но самое страшное было все же - отсутствие средств существования. Известны случаи, когда дети крымских татар были зверски убиты только за то, что они, чтобы не умереть с голоду, лезли в чей-либо огород.

1944 год был тяжелым годом для всего советского народа, а для высланных, ограбленных народов он стал еще и годом массового вымирания. Согласно тщательно продуманной системе, осуществлялось жестокое уничтожение десятков тысяч людей. Начиная с 1957 года по середину семидесятых, нами, представителями крымскотатарского парода в Москве, были сданы в ЦК, Верховный Совет и Совет Министров Союза ССР тысячи подобных писем от крымских татар.

И писали не только крымские татары. Врачу Суламифи Прахое - еврейке - довелось быть очевидцем гибели крымскотатарских детей. Вот что напишет она впоследствии:

"В разговоре со старыми друзьями, вспоминая прошлое, я заговорила о своей жизни в Узбекистане, где прожила 11 лет - с 1937 года по 1948 (не по своему желанию), о крымских татарах, которых выслали в Среднюю Aзию. Мне, молодому врачу, поручили оказать "медицинскую помощь переселенцам", которых разместили прямо под открытым небом на базарной площади. Что я могла сделать с примитивным набором таблеток? Даже поговорить не могла как следует - многие плохо владели русским языком. Мужчин почти не было - старики, женщины, дети.

Самое страшное началось после... Около больничных ворот стали появляться истощенные - как говорят, кожа да кости - или, наоборот, опухшие от голода дети. Мы их помещали по двое, по трое на все свободные и несвободные койки. Если в больнице находились татарские женщины, они брали детей на свои кровати. И если некоторые дети выживали на больничном пайке, я докладывала начальству, что за ними никто не приходит. Тогда их переправляли в детские дома. Диагноз дозволенный был Б.Б.О. - то есть безбелковый отек. Конечно, все понимали, что это значит. Не помню, когда впервые к больнице стали приходить осиротевшие дети. Примерный возраст детей от 6 до 13 лет. Работала я с 1942 по 1948 годы в районной больнице поселка Ургут Самаркандской области".

Я привела отрывки из нескольких писем, написанных в разное время, разными людьми об одном и том же - о трагедии крымскотатарского народа.

Проведенные нами, инициаторами национального движения крымских татар, перепись и анализ собранного материала показали, что из 238 тысяч 500 высланных крымских татар, охваченных переписью, дети составляли 112700 человек, женщины - 93200 человек, мужчины - 32600.

Как видите, "изменниками" оказались дети и женщины, которые составляли 86,4 процентов от общего числа высланных. Ведь и врач Суламиф Прахое в приведенном выше письме отмечает: "Мужчин почти не было - старики, женщины, дети". И Ибрагимова Тензиле в своем письме тоже пишет: "Я была выслана с тремя детьми. Моя племянница Шейхислямова Менубе с десятью детьми была выслана с нами, а муж ее был с первых же дней войны в Советской Армии и там погиб. А семья погибшего воина погибла в ссылке в Узбекистане голодной смертью".

А теперь скажу и о нашей семье. Мой отец с первых же дней войны был мобилизован на фронт и там погиб, а мать и нас - семерых детей - ограбили до ниточки, и голодных, голых и босых выслали в Узбекистан. Мне трудно говорить, что пережила моя мать с нами - старшему было около 18 лет и самой младшей два года.

Чтобы понять всю глубину трагедии моего народа - национальной трагедии крымских татар, достаточно назвать хотя бы процент и число погибших в пути и в первый год на местах поселения: из 112.700 детей погибло 52.066; из 93.200 женщин - погибло 43.085; из 32.600 мужчин погибло 15.061¹⁶ человек.

Таким образом, без единой пули было уничтожено более 110 тысяч крымских татар! Если с 1941 по 1945 годы на войне, в подполье, в партизанских отрядах и в результате массовых расстрелов крымскотатарский народ потерял 10-11 процентов населения, то варварская акция депортации 18 мая 1944 года из Крыма привела за год-полтора к гибели 46,2 процента крымских татар, а это почти половина нации!

Выселение малых народов и обречение их на гибель не было случайностью, то была целенаправленная политика народоубийства. В то время, когда нас вдали от родины уничтожали физически, в Крыму топорами, ломами и кирками, бульдозерами и тракторами вандалы XX века уничтожали крымскотатарские кладбища и мечети. На площадях торжественно жгли книги на крымскотатарском языке. Жгли все, начиная от бесценных древних рукописей, кончая трудами Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина. Жгли только потому, что они были на крымскотатарском языке.

Сразу же после выселения крымских татар из Крыма, бюро Крымского обкома партии приняло постановление "переименовать населенные пункты, реки и горы, названия которых связаны с татарским происхождением". Так, например, город Карасубазар стал Белогорском, село Беш-Терек - ныне Донское и т.д. Таким образом, одним махом было стерто все то, что приобреталось и накапливалось нашим народом в течение столетий.

После XX съезда КПСС прошли еще шесть съездов, однако руководители партии и советского государства продолжают поддерживать беззакония времен Сталина. Приведу только один документ - Указ Президиума Верховного Совета Союза ССР от 5 сентября 1967 года. Этим указом нас - крымских татар - вычеркнули из списка народов СССР, назвав "татарами, ранее проживавшими в Крыму". Этим же указом нас "укоренили на территории Узбекистана".

Я не останавливаюсь на таких документах, как Постановление Совета Министров СССР от 15 августа 1978 года за №700 или на Указании Министра внутренних дел Узбекской ССР от 26 апреля 1978 года за №221. Все эти указы, приказы и постановления направлены на одно: уничтожение крымских татар как нации. И подтверждением тому служит факт, что вот уже почти 40 лет крымскотатарский народ находится в изгнании - вдали от родины, Крыма.

Почти сорок лет народ лишен государственности, школ на родном языке - крымскотатарском, очага культуры. Если в 1940 году у нас было 427 школ, в которых обучалось 45 тысяч детей крымских татар, то за четыре десятилетия на местах высылки их не открыто ни одной.

История крымскотатарского народа не только не изучается, а наоборот, она постоянно фальсифицируется. И если до 1954 года историки, пропагандисты не уставали доказывать "историческую" принадлежность Крыма России, то после передачи Крыма из Российской Федерации в состав Украинской ССР в 1954 году украинские историки начали рьяно доказывать "исконность" принадлежности Крыма Украине.

Антикрымскотатарская пропаганда ведется вот уже почти сорок лет самим государством и в государственном масштабе. Власти стремятся сегодня оправдать бесправие и массовое истребление малых народов СССР, издавая антинародные, антиконституционные указы, постановления. Однако крымскотатарский народ не забывает своей трагедии - ежегодно 18 мая крымские татары собираются на кладбищах, чтобы почтить память жертв 1944 года.

18 мая 1944 года - это не только черный день крымскотатарского народа, но и черный день в истории человечества.

Автор А. Сеитмуратова

Редактор Ю.Гендлер

Для программы "Документы и люди"

[1983]

№8

О ПЕРВЫХ ПРЕДСТАВИТЕЛЯХ КРЫМСКИХ ТАТАР В МОСКВЕ

XX съезд КПСС осудил культ личности Сталина и выселение малых народов в период Второй мировой войны. Как констатировала партия - это были нарушения социалистической законности. Выступая на закрытом заседании XX съезда КПСС, Хрущев говорил:

"Не только марксист-ленинец, но и просто ни один здравомыслящий человек не поймет, как можно обвинить в изменнической деятельности целые народы, включая женщин, детей, стариков, коммунистов и комсомольцев; как можно применять против них массовые репрессии, обрекать их на бедствия и страдания...".

На XX же съезде КПСС было заявлено, что выселения целых народов - это политика геноцида, народоубийства.

После XX съезда многие репрессированные народы были реабилитированы, восстановлены во всех своих национальных правах.

Однако в отношении крымскотатарского народа, спустя два месяца после XX съезда партии, был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР от 28 апреля 1956 года за подписью председателя Ворошилова и секретаря Пегова, помеченный грифом "без опубликования в печати", где было сказано, что: "Снятие ограничения с указанных лиц и членов их семей не влечет за собой возвращения их имущества, конфискованного при выселении, они не имеют права возвращаться в места, откуда были выселены".

Как видим, выселение, ограбление, физическое и духовное уничтожение крымскотатарского народа в 1944 году было узаконено и новыми руководителями советского государства. Этот акт еще раз показал крымскотатарскому народу полную юридическую необоснованность действий властей против целого народа. Публичное признание XX съездом незаконности выселения народов, обещание ЦК КПСС следовать курсу ленинской национальной политики, а с другой стороны, антиконституционный Указ от 1956 года-все это стимулировало зарождение народного движения за национальное равноправие в СССР.

Начиная с 1957 года, крымские татары неоднократно обращались, и по сей день обращаются к руководителям партии и правительства с просьбой рассмотреть и решить крымскотатарский национальный вопрос - вернуть крымских татар на родину, в Крым и восстановить государственность Крыма. В Москву были посланы многочисленные делегации крымских татар в составе людей уважаемых в народе и заслуженных.

Первыми посланцами крымских татар в Москву были старейшие члены КПСС, участники войны и партизанского движения, Герои Советского Союза, бывшие члены правительства Крымской АССР, писатели и ученые. Как, например, дважды Герой Советского Союза Аметхан Султан, после войны летчик-испытатель, погиб при испытаниях в феврале 1971 года; Мустафа Селимов - комиссар Северного соединения партизан Крыма; Вели Муртазаев - участник и инвалид войны; Бекир Османов - прославленный разведчик партизанского движения в Крыму, ныне покойный; Шамиль Алядин - писатель. (К сожалению, сейчас он активно помогает властям укоренять крымских татар в степях Узбекистана) и многие другие.

В Обращении крымскотатарского народа к XXIII съезду КПСС было сказано:

"XX съезд стал поворотным пунктом, определяющим неизбежность восстановления ленинских норм в национальном вопросе, воодушевил наш народ на более широкую и последовательную борьбу за восстановление законных прав. Делегации крымских татар месяцами сидели в Москве, добиваясь приема у Хрущева. В адрес ЦК КПСС в 1957 году было направлено письмо, заверенное четырнадцатью тысячами подписей крымских татар. В 1958 году поток писем и телеграмм на имя ЦК КПСС увеличивается, 17 марта 1958 года Микоян¹⁷ принимает наших представителей и заверяет их, что крымскотатарский вопрос решается и что он лично доложит обо всем Хрущеву. На этом же приеме Микояну вручают письмо за подписью 16 тысяч крымских татар. Ответом на эти письма и результатом приема на высшем уровне явились репрессии против коммунистов, побывавших в Москве в качестве наших представителей. Их исключают из партии, лишают работы. Но народ, вооруженный решениями XX съезда, продолжает добиваться восстановления справедливости...

Обращаясь к XXIII съезду Коммунистической партии Советского Союза, мы, крымские татары настоятельно просим рассмотреть наш национальный вопрос. Для вручения XXIII съезду КПСС настоящего Обращения и получения соответствующего ответа, крымскотатарский народ выделяет нижеприведенных представителей:

1.Аметхан Султан, дважды Герой Советского Союза, Москва.

2.Абдураманов Узеир, Герой Советского Союза, город Навои УзССР.

3.Сейтвелиев Сеитнафе, Герой Советского Союза, город Ленинабад Таджикской ССР.

4.Булатов Исмаил, генерал, город Одесса.

5.Саферов Иззедин, гвардии полковник, город Ашхабад, Туркменской ССР, и другие. Всего 65 человек".

Начиная с 1964 года, наш народ организовал постоянное представительство крымских татар в Москве. Каждый представитель народа имел мандат, скрепленный подписями крымских татар. И, несмотря на это, "ходоки" от народа постоянно подвергались гонениям и репрессиям. Нередко власти арестовывали, предавали суду, избивали и насильственно выдворяли их из Москвы. Однако крымскотатарский народ продолжает настаивать и требовать решения национального вопроса крымских татар. Доказательство этого - Заявление крымских татар в 1984 году на имя Политбюро ЦК КПСС, где сказано:

"С 1956 года крымские татары в своих индивидуальных и коллективных письмах и обращениях в Политбюро ЦК КПСС и Президиум Верховного Совета Союза ССР настаивают на восстановлении попранного национального равноправия. В связи с этим руководители высших партийных органов в 1964-1967 годах устроили несколько приемов представителей нашего народа. На этих приемах руководителями партии и государства было заявлено о стремлении партии исправить ошибки 1944 года, и была признана необходимость полной политической реабилитации крымскотатарского народа.

Однако на деле никакой реабилитации не последовало. Опубликованный после этих заверений Указ Президиума Верховного Совета Союза ССР от 5 сентября 1967 года оставил без внимания чаяния нашего народа, отраженные в тысячах писем и обращений, а также заверения государственных и партийных деятелей о полной реабилитации крымскотатарского народа. Этот Указ предписал крымским татарам считать себя укоренившимися на их местах спецпоселений вопреки их желаниям... Со дня выселения крымских татар по инициативе ЦК КПСС и советского правительства производится интенсивное заселение Крыма переселенцами из центральных областей РСФСР и УССР. В то же время тысячам крымскотатарских семей, возвращающимся, начиная с 1967 года, в Крым с надеждой на трудоустройство и прописку, чинились и чинятся всевозможные препятствия. Им отказывают в прописке даже в купленных на свои сбережения домах. Они постоянно находятся под угрозой изгнания из купленного дома, предания суду за "нарушение паспортного режима ".

В то же время не прекращаются преследования активистов национального движения вплоть до привлечения к судебной ответственности. Такая порочная практика - не рассматривать на соответствующем уровне обращение народа о восстановлении его национального равноправия - является прямым следствием существования дискриминационных правовых актов в отношении нашего народа".

И действительно, начиная с 1944 года, в отношении крымскотатарского народа советское государство издает законы, направленные на ликвидацию крымских татар как нации. Беззакония властей против нашего народа настолько вошли в систему, что остаются безнаказанными даже убийства 46-ти процентов крымских татар в 1944 году.

Автор А. Сеитмуратова

Редактор А.Адамович

Для программы "Документы и люди"

[1984]

№9

О ПЕРВЫХ СУДЕБНЫХ ПРОЦЕССАХ КРЫМСКИХ ТАТАР

40 лет прошло с того дня, когда весь крымскотатарский народ по приказу Комитета Обороны Союза ССР, под дулами автоматов войск НКВД (ныне КГБ) был выселен со своей родины - Крыма - в Среднюю Азию, в Казахстан и на Урал. Варварская акция выселения малых народов в период Второй мировой войны с целью полного физического и духовного их уничтожения, не имеет себе примера в истории человечества. В результате этого вандализма один только крымскотатарский народ за год-полтора потерял 46,2 процента своей численности. Жестокой расправой над народом в 1944 году не удалось заставить крымских татар отказаться от исконно родной земли, а напротив, расправа эта подтолкнула крымских татар на первые шаги к идеологическому единению, к пониманию жизненной необходимости национального самосохранения.

С первого же дня выселения крымских татар из Крыма отдельные лица или группы людей стали направлять в высшие органы заявления, письма, в которых выражали протест против выселения целого народа с родной земли. Но в этот период, в условиях комендантского режима, только немногие крымские татары узнавали, что авторы этих писем по воле карательных органов исчезали таинственным образом. И только после XX съезда КПСС, признавшего неправомерность выселения целых народов, и после некоторой относительной демократизации советской жизни, крымскотатарский народ получил возможность, правда, весьма ограниченную, возвысить свой голос в защиту своих прав. Однако власти на местах спецпоселения крымских татар решили уничтожить (по приказу сверху, то есть по приказу Москвы) малейшие ростки национального сознания заключением людей в тюрьмы и лагеря.

В этой своей беседе я хочу рассказать о первых судебных расправах над крымскими татарами в Узбекистане (после XX съезда), "преступлением" которых было лишь стремление жить на своей родной земле, стремление к равноправию и возрождению своего народа. Данные об этих расправах были собраны мною в конце 1960 - начале 1970 годов.

С 10 по 11 октября 1961 года в городе Ташкенте проходил первый судебный процесс крымских татар - Энвера Сеферова и Шевкета Абдурахманова. Они обвинялись в нарушении статей 60, часть 1 и 64 УК Узбекской ССР, то есть в антисоветской пропаганде и агитации и в разжигании национальной розни. Суд над Сеферовым и Абдурахмановым был закрытым. Дело Сеферова и Абдурахманова рассматривалось коллегией Ташкентского областного суда под председательством судьи Сергеева с участием прокурора Наумовой. В приговоре суда сказано:

"Сеферов Энвер, используя национальные чувства татар, составил, размножил и сам лично через посредство других распространял антисоветские документы, содержание которых было направлено на подрыв и ослабление советской власти и против мероприятий, проводимых правительством и партией. В течение продолжительного времени изготовленные им документы были направлены по известным ему адресам жителей городов Чирчика, Намангана, Ферганы, Сухуми и в письмах к этим лицам он предлагал распространять эти антисоветские документы и среди других татар. Таким образом, он совершил преступление, предусмотренное статьей 60 часть 1 УК Узбекской ССР.

Абдурахманов Шевкет в 1961 году был ознакомлен Сеферовым с антисоветскими документами, а затем получил от него 7 экземпляров этих документов для распространения среди жителей города Ленинабада. Четыре экземпляра он распространил среди жителей Чирчика. Этим самым Абдурахманов совершил преступление, предусмотренное частью 1 статьи 60 УК Узбекской ССР".

В приговоре не указано, против каких "мероприятий, проводимых правительством и партией", выступали Сеферов и Абдурахманов. А выступали они против вандализма 1944 года, в результате которого крымскотатарский народ потерял 46,2 процента своей численности, то есть против геноцида. Сеферов и Абдурахманов выступали против ликвидации Крымской АССР, против уничтожения крымскотатарской культуры и самобытности народа, против ликвидации школ на родном языке, против насильственной ассимиляции крымских татар. Они требовали возвращения крымскотатарского народа на родину, в Крым. И за это Энвер Сеферов был приговорен к семи, а Шевкет Абдурахманов к пяти годам лишения свободы в лагерях строгого режима. Отбывали свой срок Сеферов и Абдурахманов в мордовских лагерях.

Второй крупный процесс крымских татар состоялся 10 августа 1962 года в городе Ташкенте и продолжался четыре дня. Дело слушалось Верховным судом Узбекской ССР. На этот раз на скамью подсудимых были посажены Марат Омеров, 1937 года рождения, работавший мастером на Ташкентском тракторосборочном заводе, и Сеит-Амза Умеров, 1939 года рождения, студент 2 курса юридического факультета Ташкентского университета. Обвинялись Омеров и Умеров в нарушении статей 60 и 62 УК Узбекской ССР, то есть в антисоветской пропаганде и агитации, в создании и руководстве антисоветской организацией "Союза крымскотатарской молодежи".

Этот второй судебный процесс, как и первый, был закрытым, не допускались даже близкие родственники подсудимых. Несмотря на то, что все выступавшие на суде свидетели в один голос заявляли, что никакой антисоветской организации не было, и что подсудимые не были никакими руководителями и организаторами, суд признал Омерова и Умерова виновными и приговорил Омерова к четырем, а Сеит-Амза Умерова к трем годам лишения свободы в лагерях строгого режима. На этот раз осужденным не были вручены даже копии приговоров. Свое последнее слово на суде Марат Омеров закончил так:

"Судебными приговорами вы не заставите нас разлюбить свою родину - Крым!"

Отбывали свой срок Марат Омеров и Сеит-Амза Умеров в лагерях Мордовии. Там их свела судьба с писателями Даниэлем¹⁸ и Синявским¹⁹. Тюрьмами и лагерями, произволом и беззаконием власти пытались (и сейчас пытаются) остановить все расширяющееся национальное движение крымских татар за возвращение на свою землю, за национальное равноправие. Но карательные меры, вопреки ожиданиям властей, вызвали еще большую политическую активизацию масс крымскотатарского народа. Увеличилось число обращений и протестов. И снова репрессии.

6 сентября 1965 года были арестованы трое активных участников национального движения крымских татар в городе Бекабаде - Хатидже Хайретдинова, 1924 года рождения, Эскендер Джемилев, 1937 года рождения, преподаватель, и Рефат Сейдаметов, 1941 года рождения, шофер. Они были обвинены в нарушении статьи 204 УК Узбекской ССР, то есть в хулиганстве. Это "хулиганство" выразилось лишь в том, что они стояли у здания бекабадского горкома партии вместе с другими крымскими татарами. Судили их не в Бекабаде, а в Ташкенте, втайне от народа. Суд признал Хатидже Хайретдинову, Эскендера Джемилева и Рефата Сейдаметова виновными в том, что они якобы подстрекали людей к беспорядкам, парализовали уличное движение и т.п. Хайретдинова была приговорена к 6 месяцам, а Джемилев и Сейдаметов к одному году лишения свободы каждый.

В мае 1966 года карательные органы очередной своей жертвой выбрали Мустафу Джемилева - активного участника национального движения крымских татар. И с тех пор Мустафа Джемилев почти не выходит на свободу. Сейчас он отбывает уже шестой срок. В 1966 году его обвинили и нарушении статьи 70, часть 1 УК УзССР, то есть в уклонении от призыва в армию. Судебный процесс проходил в Ташкенте 12 мая 1966 года. В своем последнем слове Мустафа Джемилев сказал: "Сотрудники КГБ взбешены тем, что мы собираем статистические данные о погибших на местах ссылки крымских татарах, что собираем материалы против садистов-комендантов, которые издевались над народом в годы сталинщины и которые, в соответствии с Уставом Нюрнбергского трибунала, должны предстать перед судом за преступления против человечества...

В результате преступления 1944 года я потерял тысячи и тысячи своих братьев и сестер. И об этом надо помнить! Помнить так же, как о крематориях Освенцима и Дахау. Помнить, чтобы это больше никогда не повторилось. Помнить и в корне изживать нацистскую и шовинистическую гадину, порождением которой явились эти преступления. Но это кому-то не нравится... Я надеюсь, что вы, вынося приговор по делу, будете руководствоваться только законом и справедливостью, заклеймите позором виновных независимо от занимаемого ими положения и закроете тем самым в какой-то мере пути к произволу и официальной подлости. Если вы проявите страх перед преступными элементами из КГБ - это будет означать торжество и поощрение зла, олицетворением которого являются эти мерзавцы".

Но вопреки всем законам Джемилев был признан виновным по статье 70, часть 1 и приговорен к полутора годам лишения свободы.

Летом 1966 года в Москве КГБ СССР были арестованы два представителя крымскотатарского народа: Сервер Шамратов, студент 2-го курса Ташкентского университета и Тимур Дагджи, журналист, работник радиовещания УзССР. А 14 октября 1966 года КГБ СССР была арестована и я. Содержали нас в Лефортовской тюрьме города Москвы. 19-20 мая 1967 года в московском городском суде состоялся наш судебный процесс. Процесс был секретным и закрытым. Обвинили нас в нарушении статьи 74 УК РСФСР, то есть в разжигании национальной розни. Лишение свободы нам заменили условным сроком - по 3 года каждому.

Гонения на крымских татар продолжаются, хотя и был издан Указ Президиума Верховного Совета Союза ССР о необоснованном выселении всего крымскотатарского народа с родной земли - Крыма.

Автор А. Сеитмуратова

Редактор А.Адамович

Для программы "Документы и люди"

[1984]

№10

К 20-ЛЕТИЮ УКАЗА "О ТАТАРАХ, ПРОЖИВАВШИХ В КРЫМУ" ²⁰

Многие народы, репрессированные во время Второй мировой войны, после смерти Сталина, а точнее после XX съезда КПСС, были возвращены на свою родину.

Однако крымские татары, как и немцы Поволжья, месхи Кавказа и хемшилы, по сей день находятся в местах ссылки.

Начиная с 1957 года крымскотатарский народ не перестает обращаться к руководителям партии и советского правительства с требованиями - вернуть его на родину и восстановить Крымскую АССР. Эти требования крымскотатарского народа ни в коей мере не противоречили и не противоречат решениям съездов КПСС и Конституции советского государства. Начиная с 1957 по 1967 год, руководителям партии и советского государства было отправлено более четырех миллионов индивидуальных и коллективных писем. ЦК, Верховный Совет и Совет Министров СССР посетили тысячи представителей крымскотатарского народа. Видя подлинно всенародный характер движения крымских татар за возвращение на родину, в Крым, руководители советского государства решили, видимо, раз и навсегда покончить с крымскотатарской проблемой.

С целью обмануть народ, двадцать лет назад - 21 июля 1967 года был организован прием²¹ правительством представителей крымских татар, и спустя полтора месяца после приема был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР "О гражданах татарской национальности, проживавших в Крыму". Указ от 5 сентября 1967 года гласит: "После освобождения в 1944 году Крыма от фашистской оккупации, факты активного сотрудничества с немецкими захватчиками определенной части проживавших в Крыму татар были необоснованно отнесены ко всему татарскому Крыму". Далее в Указе сказано: "Эти огульные обвинения в отношении всех граждан татарской национальности, проживавших в Крыму, должны быть сняты, тем более, что в трудовую и политическую жизнь общества вступило новое поколение людей".

Одновременно этим же Указом Президиум Верховного Совета СССР постановляет: "Первое - отменить соответствующие решения государственных органов в части, содержавшей огульные обвинения в отношении граждан татарской национальности, проживавших в Крыму.

Второе - отметить, что татары, ранее проживавшие в Крыму, "укоренились" на территории Узбекской и других союзных республик...".

Как видите, Указом отменяются огульные обвинения, но в то же время оставляется наказание, а вечная ссылка подменяется словом "укоренились". Но крымские татары своим массовым выездом в Крым после Указа от 5 сентября 1967 года полностью опровергли утверждение Президиума Верховного Совета СССР "об укоренении на территории Узбекистана и других союзных республик...".

Видя огромное стремление крымских татар жить у себя на родине, в Крыму, руководители советского государства решили во что бы то ни стало не пускать крымских татар на родину. Немалая мощь государственных органов Крыма была направлена против возвращения крымских татар. Начались выдворения, выселения крымских татар за пределы Крыма. Такие явления, как взлом дверей, окон, насилия, избиения или снос законно купленных домов - все это свидетельствовало об усилении репрессий против крымских татар.

Из сотен писем в Комитет по правам человека в ООН и обращений к мировой общественности, приведу только одно письмо, письмо семьи Кашка. Вот что сказано в письме: "После отбытия двадцатитрехлетней ссылки, в сентябре 1967 года, в связи с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 сентября 1967 года, якобы снявшего с крымскотатарского народа огульные обвинения 1944 года, мы вернулись на свою родную землю, рассчитывая на то, что наконец-то стали равноправными гражданами СССР. Но то, с чем мы столкнулись в нашем Крыму: открытая враждебность, ненависть крымских руководителей - убедили нас в том, что Указ советского правительства был лишь обманом общественного мнения и еще одним издевательством над крымскими татарами. Самым наглым образом - замучив, поиздевавшись - нас вынудили покинуть нашу родину".

А такие трагические события в Крыму, как самосожжение Мусы Мамута в знак протеста против гонения на крымских татар, только подчеркивают трагедию нашего народа. Погромные же выселения из Крыма крымскотатарских семей зимой 1978-1979 года, полностью раскрыли фальшь Указа от 5 сентября 1967 года.

Эти погромные выселения осуществлялись на основании секретного постановления Совета Министров СССР от 15 августа 1978 года.

Если крымские татары, как сказано в Указе, "укоренились на территории Узбекистана...", то почему Министерство Внутренних дел УзССР издает Указание за № 221 от апреля 1978 года, где говорится, что "татарам, ранее проживавшим в Крыму, выезд из Узбекистана запрещается"?.. Главная причина этого - ликвидировать крымских татар как нацию и осуществить политику "Крым без крымских татар".

Для этого власти и стремились подавить национальное движение крымских татар за возвращение на родину, в Крым. Подтверждение этому - бесчисленные карательные действия властей, в результате которых за двадцать лет сотни сынов и дочерей крымскотатарского народа за свою принципиальность и активное участие в движении по сфабрикованным обвинениям были брошены в тюрьмы, лагеря и спецпсихбольницы.

Например, после Указа от 5 сентября 1967 года "о необоснованном выселении" всего народа, Решат Джемилев²², Юрий Османов²³, Мамеди Чобанов²⁴, Сейдамет Меметов²⁵ и многие другие были осуждены по два-три раза. А Мустафа Джемилев - один из последовательных и активных участников национального движения за восстановление национальных прав крымских татар, после Указа 1967 года, был осужден шесть раз, а всего семь раз. Я уже не говорю о неоднократных выселениях из Крыма семей крымских татар. Например, семья Османова была выслана девять раз, пенсионерка Аджимелек Мустафаева около пятнадцати лет не могла прописаться в собственном доме. За эти годы она неоднократно была арестована, осуждена, ограблена и избита.

Перечень имен можно было бы продолжить и продолжить. Несмотря на эти репрессии, крымскотатарский народ продолжал свою борьбу за возвращение на родину, в Крым. И подтверждением этому явились демонстрации крымских татар на Красной площади через двадцать лет после Указа Президиума Верховного Совета СССР от 5 сентября 1967 года.

Как видите, крымские татары не "укоренились на территории Узбекистана" и не собираются "укореняться". Корни крымскотатарского народа - в Крыму. Это пятнадцативековая история народа.

К сожалению, и при гласности и перестройке разгул властей был и остается ответом на чаяния крымскотатарского народа на его справедливое требование восстановления национальных прав и возвращения на родину, в Крым.

Автор А. Сеитмуратова

Редактор Ю. Гендлер

Для программы "Документы и люди"

1987

№11

ПРОЦЕСС ДВЕНАДЦАТИ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ КРЫМСКИХ ТАТАР (г. Ташкент, декабрь 1967 года)

В 1967 году в Ташкенте, с 28 ноября по 13 декабря, проходил судебный процесс двенадцати представителей крымских татар. Против них было возбуждено уголовное дело по обвинению в организации массовых беспорядков и сопротивлении властям (статьи 191-6 и 192 УК УзССР).

Дело слушалось Ташкентским городским судом под председательством судьи Сметанина, при участии прокурора Одинцова.

Как и предыдущие процессы крымских татар, судебный процесс двенадцати представителей крымских татар проходил в тесном зале, предварительно почти заполненным сотрудниками КГБ, которые рассаживались по всем углам и зорко следили, чтобы присутствовавшие не записывали ход судебного процесса.

Какое же "преступление" совершили эти двенадцать крымских татар?

А вот какое. Двадцать представителей крымских татар - участники приема в Кремле, по возвращении в Узбекистан обратились в ЦК УзССР с просьбой предоставить помещения для встречи с народом, чтобы передать итоги приема.

Четыре раза коммунисты из числа крымских татар безрезультатно посещали ЦК КП Узбекистана. 24 августа в высшие органы Узбекистана были направлены делегации. Одновременно в письменной форме ЦК КП Узбекистана был уведомлен, что в случае непредоставления помещений, люди воспользуются статьей 124 Конституции УзССР, предусматривающей свободу собраний и митингов, и соберутся для встречи со своими представителями на открытом месте. Но вновь правительственные органы не дали положительных ответов.

27 августа более двух тысяч крымских татар собрались в сквере Революции в центре Ташкента. Сквер быстро был окружен моторизованными частями милиции. Бесчинство карателей над крымскими татарами 27 августа и 2 сентября было описано так: "Отряды "блюстителей порядка" набрасывались на безоружных мирных граждан; отряды юнцов чуть выше среднего школьного возраста, одетые в черные рубашки (что весьма символично), с рвением, достойным лучшего применения, выкручивали руки и зажимали рты женщинам, выкрикивающим гневные протесты. Оглушительные свистки заглушали испуганный детский плач. Чины КГБ, объезжая и обходя места событий, указывали молодчикам и "блюстителям порядка" кого следует схватить и увести. В боевой готовности стояли вызванные солдаты внутренней службы... Тысячи людей других национальностей, иностранные граждане - стали свидетелями позорнейшего акта - расправы над ни в чем не повинными людьми. Единственным их стремлением было скорейшее возвращение на свою родину, политую потом и кровью многих поколений, крымскую землю. Единственной виной этих людей было требование равноправия. Слышите ли вы, "товарищи" руководители партии и правительства?!

События 27 августа лежат на вашей совести. Вы могли не допустить их?!"

27 августа было арестовано свыше пятнадцати человек. Вечером в тот же день у здания МООП были арестованы еще двадцать один человек.

2 сентября крымские татары обратились с протестом в ЦК КП Узбекистана. Части милиции совместно с агентами КГБ разгоняли и арестовывали крымских татар, появившихся у здания ЦК КП Узбекистана. В общей сложности было арестовано сто тридцать человек, большинство из которых были освобождены через пятнадцать суток. За тюремной решеткой было оставлено десять человек и двое выпущены под расписку. На эти двенадцать человек было заведено уголовное дело.

Итак, на скамье подсудимых оказались:

-Арсен Альчиков, 1941 года рождения, заместитель начальника техотдела треста Ташоблсельхозстрой, ранее в 1966 году исключенный из КПСС за активное участие в национальном движении своего народа,

-Тамара Контуганская, жена Арсена Альчикова, уроженка города Евпатории, образование высшее, работала учительницей немецкого языка в школе,

-Джелял Челебиев, 1936 года рождения, руководитель группы инженеров "Узгоспроект". В 1984 году в Крыму он вновь был осужден за так называемое "нарушение паспортного режима",

- Зейтулла Ибрагимов, 1938 года рождения, инженер ПТО УНР-238,

- Усеин Асанов, 1930 года рождения, грузчик из города Алмалыка Ташкентской области,

- Эльмира Абдулхакова, 1947 года рождения, студентка Ташкентского института связи,

-Нариман Кадыров, 1937 года рождения, инженер, выпускник Душанбинского политехнического института,

-Парих Асанов, 1943 года рождения, выпускник Ташкентского транспортного института. В тюрьме был сильно избит, после освобождения, прожив недолго, умер,

-Сейтхалил Сейтаблаев, 1928 года рождения, электросварщик трансформаторного завода в городе Чирчике,

-Энвер Мустафаев,

-Решат Джемилев, 1932 года рождения, начальник участка в СУ-38 "Главташкентстроя",

-Сайде Сулейманова, 1930 года рождения, рабочая, мать трех несовершеннолетних детей".

Как видим, на скамье подсудимых оказалась крымская молодежь. Судебный процесс двенадцати представителей крымских татар состоялся два месяца спустя после издания Указа от 5 сентября 1967 года, где говорится о необоснованном выселении всего крымскотатарского народа и подчеркнуто, что "в трудовую и политическую жизнь общества вступило новое поколение людей".

В нескольких словах скажу о ходе судебного процесса.

Свидетелями на судебном процессе выступали несколько десятков солдат, милиционеров и высокопоставленных чинов из Министерства охраны общественного порядка УзССР, руководивших карательными операциями против крымских татар 27 августа и 2 сентября 1967 года.

"Свидетели" из числа карателей, как заученный урок, излагали против подсудимых самые невероятные обвинения, вроде: изорвал рубашку и избил милиционера, кричал: "Долой Советский Союз!" и тому подобные небылицы.

А показания крымских татар, неугодные обвинению не были учтены, а в некоторых случаях даже не были занесены в протокол суда.

В своей обвинительной речи прокурор Одинцов сказал:

"Товарищи! Мы строим коммунизм - это трудное дело. После гражданской войны наша страна пережила большие трудности. Особенно много жертв принесла Великая Отечественная война. Ни для кого не секрет, что в разгар войны в 1942 году в районе Северного Кавказа и Крыма малыми народами было совершено массовое предательство, вследствие чего в 1944 году они законно были выдворены из этих районов. Верховное командование сделало это правильно.

Затем правительство сочло нужным восстановить их гражданские права и восстановило. А татары, ранее проживавшие в Крыму, пришли требовать какую-то автономию!...".

Комментарии к речи прокурора излишни. Однако напомню, что эти слова произносились через десять лет после восстановления автономии народов Северного Кавказа и после Указа о необоснованном выселении крымскотатарского народа от 5 сентября 1967 года.

Как видим, разжиганием национальной розни в СССР занимаются представители государства в государственном масштабе.

А 13 декабря 1967 года суд осудил не прокурора Одинцова, а двенадцать крымских татар, боровшихся за свое равноправие.

Суд приговорил: Джеляла Челебиева и Зейтуллу Ибрагимова к трем годам заключения, Наримана Кадырова и Париха Асанова к двум с половиной, Арсена Альчикова к двум, Усеина Асанова и Энвера Мустафаева к полутора годам лишения свободы. Контуганская, Сейтаблаев и Абдулхакова были приговорены к срокам до трех лет условно, а Решат Джемилев к "исправительным работам" с удержанием двадцати процентов зарплаты в пользу государства сроком на один год.

Таким образом, власти не только не произвели подробное расследование злодеяний милиции и КГБ против крымских татар 27 августа и 2 сентября, но с помощью суда пытались возложить ответственность за события этих дней на самих же крымских татар.

Автор А. Сеитмуратова

Редактор Ю. Гендлер

Для программы "Документы и люди "

[1987]

№12

СУДЕБНЫЕ ПРОЦЕССЫ НАД ЖЕРТВАМИ ЧИРЧИКСКИХ СОБЫТИЙ (ЛЕТО 1968 ГОДА)

15 лет тому назад, весной 1968 года, произошло несколько событий, взволновавших всех крымских татар. Одним из этих событий была чирчикская расправа 21 апреля 1968 года.

Свой национальный праздник весны "Дервиза" крымские татары города Чирчика Узбекской ССР хотели отметить массовыми гуляниями и национальными играми в воскресный день 21 апреля 1968 года. В полдень, в самый разгар этого празднества на людей напали с резиновыми дубинками милиционеры и солдаты, переодетые в милицейскую форму. Было арестовано около 300 человек. По-поводу этих арестов в городе Чирчике представители крымских татар в Москве в своем заявлении на имя ЦК КПСС, Верховного Совета и Совета министров Союза ССР писали:

"Чувствуя свое бессилие, в ярости и злобе, власти Узбекистана, заимствовав методы "мемфисских" расистов, учинили физическую расправу 21 апреля в городе Чирчике над крымскими татарами, принявшими участие в праздновании национального праздника "Дервиза" в общегородском парке. Додумавшись, очевидно, до того, чтобы увязать с "текущими событиями" черносотенные методы, власти Узбекистана, лично руководимые вторым секретарем ЦК Узбекистана Ломоносовым, избивали, обливали щелочным раствором из пожарных машин мирных трудящихся, арестовав ни в чем не повинных людей и подвергнув их унизительным оскорблениям.

Аресты и обыски в домах крымских татар продолжались до 26 апреля, причем часть арестованных не отпущена на свободу по сегодняшний день".

Об арестованных в апреле 1968 года крымских татарах я и хочу рассказать в сегодняшней своей беседе.

Как уже сказано, было арестовано около 300 человек. Большинство арестованных были в отделениях милиции дополнительно избиты и осуждены на 15 суток "за мелкое хулиганство". Против 10 человек было возбуждено уголовное дело по обвинению в сопротивлении властям, организации массовых беспорядков, а против тех, у кого во время квартирного обыска были обнаружены те или иные документы национального движения крымских татар, было возбуждено дело по обвинению в составлении и распространении документов, порочащих советский общественный и государственный строй.

На ташкентском судебном процессе в 1969 году один из подсудимых, Роллан Кадыев, в своих показаниях говорил: "Хотел бы в двух словах рассказать о моем дяде Меджите Кадыеве - бывшем участнике войны. За свою жизнь он был избит трижды. Первый раз белогвардейцами. Его били, чтобы он сказал, куда ушли его братья-красноармейцы. Второй раз он был избит немцами в концлагере, когда он попал в плен во время отступления Красной Армии от Севастополя. Третий раз его били в городе Чирчик 21 апреля 1968 года, когда крымские татары устроили национальный фестиваль. У него была язва желудка. Он только что вышел из больницы после операций; швы еще не заросли. В этот день он проходил по городскому парку и попал под облаву солдат и милиции на празднестве крымских татар.

Его держали за руки и били ногами в живот, потом два дня держали в милиции. В деле имеется фотография. Обо всем этом он рассказал, когда в мае 1968 года посетил Самарканд. Он рассказывал об избиениях в Чирчике и плакал. Я в первый раз видел, как плачут мужчины...".

Интересно, что в народной песне "Шомпол" говорится о массовом избиении крымских татар белогвардейцами в 1918 году в Бахчисарае, ровно за 50 лет до Чирчикской расправы.

Судебные процессы жертв Чирчикских событий состоялись в конце мая и в начале июня 1968 года в Ташкенте. Суд над Сади Абхаировым, инженером трансформаторного завода, и Решатом Алимовым, 1939 года рождения, шофером автобазы №2, был проведен втайне от родственников и был фактически закрытым. О суде не был предупрежден даже адвокат одного из подсудимых.

Сади Абхаиров был приговорен к двум, а Решат Алимов к двум с половиной годам лишения свободы.

Только на процесс Рефата Измайлова случайно попали несколько крымских татар. Измаилов обвинялся в том, что 21 апреля в городе Чирчик во время разгона гуляния крымских татар вырвал у милиционера брандспойт и направил струю жидкости в обратную сторону - в сторону солдат и милиционеров. Отягчающим вину обстоятельством суд считал то, что жидкость выбрасывалась под большим напором, и этим напором был сбит с ног милиционер. То обстоятельство, что такая же струя перед тем была направлена солдатами и милиционерами в сторону женщин и детей, судом во внимание не принималось.

Рефат Измаилов был приговорен к трем годам лишения свободы в лагерях строгого режима.

С 18 по 26 июля 1968 года в Ташкенте проходил еще один судебный процесс семи крымских татар, также арестованных в городе Чирчик в связи с событиями 21 апреля 1968 года.

На этот раз на скамье подсудимых были:

-Амет Молаев, 1905 года рождения, пенсионер, в годы войны был участником партизанского движения, образование - высшее техническое,

-Халил Салединов, 1910 года рождения, участник войны, офицер запаса, пенсионер,

-Ибраим Абибуллаев, 1926 года рождения, был временно нетрудоспособным, на его иждивении находились двое несовершеннолетних детей,

-Энвер Абдулгазиев, 1940 года рождения, инженер-конструктор Чирчикского филиала ВТИ,

-Ридван Саферов, 1935 года рождения, руководитель группы НОТ на Чирчикском заводоуправлении №9, ранее за участие в национальном движении крымских татар был исключен из КПСС,

-Идрис Зекерьяев, 1939 года рождения, инженер-диспетчер Чирчикского трансформаторного завода,

-Эшреф Ахтемов, 1927 года рождения, слесарь Чирчикской обувной фабрики, на иждивении имел пятерых несовершеннолетних детей и престарелую мать".

Все семеро обвинялись в организации митингов крымских татар в Чирчике 24 марта, 7 апреля и народного гуляния 21 апреля 1968 года, в составлении и распространении документов антисоветского содержания, то есть - по статье 191/4 и 6 Уголовного Кодекса Узбекской ССР.

К таким документам судом были отнесены информации представителей крымских татар в Москве, обращения трудящихся крымских татар к правительству, а также статья русского писателя Алексея Костерина "О малых и забытых".

Карательным органам провести этот процесс тайно не удалось, так как на суд были приглашены родными подсудимых московские адвокаты – Каллистратова²⁶, Ромм, Попов и Поздеев.

Подсудимые и защитники без труда опровергли все обвинения, доказали преступность разгона мирного гуляния милицией и солдатами. Защитники требовали оправдания и освобождения всех подсудимых.

Но судья Сергеев, ставший специалистом по судебным расправам над крымскими татарами, приговорил:

Саферова - к двум с половиной годам; Абибуллаева - к двум; Абдулгазиева - к полутора годам; Зекерьяева - к одному году лишения свободы, а Молаева, Салединова и Ахтемова - к трем годам условно каждого.

Давая политическую оценку судебной расправе над жертвами чирчикских событий, представители крымских татар в Москве в "Информации" №82²⁷ писали: "Это была попытка властей внушить крымским татарам мысль о том, что любое выражение ими своей национальной самобытности, выражение любви к обычаям и традициям своей родины - Крыма - будет сурово пресекаться".

Хочу отметить, что массовое избиение крымских татар в Чирчике произошло после издания Указа Президиума Верховного Совета Союза ССР от 5 сентября 1967 года, где сказано не только о необоснованном выселении целого народа, но и об оказании ему помощи.

"В целях дальнейшего развития районов с татарским населением поручить Советом министров союзных республик и впредь оказывать помощь и содействие гражданам татарской национальности в хозяйственном и культурном строительстве с учетом их национальных интересов и особенностей".

Чирчикская расправа 1968 года показала, какую будут впредь оказывать "помощь и содействие" крымским татарам советы министров союзных республик.

Массовое избиение крымских татар в городе Чирчик - это лучший комментарий к Указу от 5 сентября 1967 года. Произволом и беззаконием органы власти хотят доказать каждому крымское татарину, что ни у него самого, ни у его детей, ни у внуков и правнуков, которые еще не родились - будущего нет.

Автор А. Сеитмуратова

Редактор А. Адамович

Для программы "Документы и люди"

[1983]

№13

ПРОЦЕСС Ю.ОСМАНОВА, Э.МЕМЕТОВА И ДРУГИХ

В июне 1968 года в Ташкенте проходил судебный процесс Энвера Меметова, Юрия Османова, Сабри Османова и Сейдамета Меметова.

Энвер Меметов - 1939 года рождения, математик, работал научным сотрудником в Вычислительном центре Академии наук СССР в Москве. Был арестован 26 ноября 1967 года во время приезда в Ташкент сотрудниками КГБ Узбекистана. А 5 января 1968 года был арестован Юрий Османов, 1941 года рождения, инженер-физик, вызванный из города Серпухова Московской области, где он проживал, в Ташкент, якобы для допроса в качестве свидетеля по делу Энвера Меметова. В Узбекистане, в городе Маргилан 3 января 1968 года был арестован Сейдамет Меметов, 1941 года рождения, сварщик маргиланской автобазы. Позже, 6 февраля был арестован в городе Самарканд преподаватель Самаркандского университета, аспирант-физик Сабри Османов, 1936 года рождения.

Все четверо обвинялись в составлении документов, порочащих советский строй и разжигающих межнациональную рознь, то есть в нарушении статей 64 и 191-4 Уголовного Кодекса УзССР. Незадолго до ареста Юрий Османов послал партийным органам письмо под заглавием "История одной провокации", где рассказал о слежке и провокациях сотрудников КГБ против него за его участие в национальном движении крымских татар. Через некоторое время Юрий Османов написал второе письмо - "Продолжение истории", где говорилось о том, что провокации не прекращаются и что власти начали запугивать его арестом, если он не прекратит писать письма в защиту крымских татар.

Юрий Османов - автор многочисленных неопубликованных в советской печати документов, статей о деятельности известного просветителя мусульманского Востока Исмаил-бея Гаспринского, статей по истории крымских татар, письма советским писателям, общественным деятелям и руководителям советского правительства о положении крымских татар. В своем заявлении в связи с арестом 5 января 1968 года Юрий Османов писал: "Квалификация борьбы крымскотатарского народа за национальное равноправие как разжигания межнациональной розни... является обыкновенной черносотенной демагогией, цинизмом и хамством... Я протестую против беззакония, против геноцида, против этого позора нашей действительности".

Вопреки требованию статьи 203 Уголовного Процессуального Кодекса УзССР о подсудности дела в том районе, где совершено инкриминируемое преступление, дело рассматривалось не в Москве, а в Ташкенте. Дело слушалось Верховным судом УзССР в первых числах июня 1968 года. Суду следственными органами впервые были представлены два важных документа с целью опровергнуть утверждение, что во время депортации погибло 46 процентов крымских татар. Вот один из этих документов:

"УзССР Министерство охраны общественного порядка

г. Ташкент, 8 февраля 1968 года

Секретно

Председателю КГБ при Совете Министров УзССР

 генерал-лейтенанту Киселеву С.И.

Сообщаю, что прибытие в Узбекскую ССР спецпоселенцев - татар из Крыма началось 29 мая 1944 года и, в основном, закончилось 8 июня 1944 года. В архивных документах Девятого отдела КГБ и 4-го спецотдела МВД УзССР первые данные о численном составе прибывших на спецпоселение крымских татар имеются на 1 июля 1944 года. На эту дату прибыло 35.750 семей в количестве 151.424 человек.

На 1 января 1945 года спецпоселенцев - крымских татар в Узбекистане находилось 36.568 семей, что составляло 134.742 человека, в их числе 21.619 мужчин, 47.537 женщин, 65.586 детей до 16 лет.

По состоянию на 1 января 1946 года значится 34.946 семей, что составляет 120.129 человек. За период с 1 января 1945 года по 1 января 1946 года умерло 13.183 человека, из них 2.562 мужчин, 4.525 женщин и 6.096 детей до 16 лет...

Первый заместитель министра ООП УзССР генерал вп/службы 3-го ранга Беглов".

В своих показаниях подсудимые разоблачили лживую сущность и их документов, заявив, что, во-первых, нет данных о гибели крымских татар с мая 1944 года по 1 января 1945 года²⁸. Во-вторых, крымских татар выслали не только в Узбекистан, но и на Урал, в Казахстан и в другие республики Средней Азии.

Как видим даже из этих данных, половину населения составляли дети. Разоблачая закон от 1946 года²⁹, где сказано, что крымским татарам была оказана необходимая государственная помощь по хозяйственному устройству, что они были наделены землей, Юрий Османов заявил: "Действительно крымские татары были наделены землей - это полтора погонных метра на кладбище...". И на вопрос судьи: "С какого времени вы участвуете в так называемом национальном движении?" - Юрий Османов ответил: "С того дня, когда воспитательница детского сада сказала: "Молока крымскотатарским детям нет!"

Как подсудимые, так и свидетели и адвокаты из Москвы Попов и Сари, полностью опровергли фактами все пункты обвинения. Тем не менее, Юрий Османов, больной туберкулезом костей, был приговорен к двум с половиной годам лишения свободы в лагерях усиленного режима, Энвер Меметов к полутора годам, также в лагерях усиленного режима, Сабри Османов к одному году и Сейдамет Меметов к шести месяцам лишения свободы. Все четверо не только не совершили никакого преступления, но и не были связаны друг с другом в действиях, квалифицированных прокуратурой и следствием как преступления.

По поводу разгула беззакония в 1968 году русские друзья крымских татар в своем "Открытом письме" писали³⁰ :

"В Узбекистане идет суд за судом. Судят крымских татар. За что судят их? Всякий документ, содержащий информацию о национальном движении крымских татар - будь то проблемная или фактическая сторона дела - рассматривается властями как документ антисоветского содержания, вменяется в преступление составителям, распространителям и хранителям документа. И суд идет за судом, расправа за расправой. Так судят крымских татар. Бесконечное лицемерие, беспредельный цинизм".

Автор А. Сеитмуратова

Редактор А. Адамович

Для программы "Документы и люди"

[19??]

№14

ТАШКЕНТСКИЙ ПРОЦЕСС 1969 ГОДА

Повсеместный произвол и беззаконие властей по отношению к крымским татарам в 1968 году - избиение и аресты в Чирчике, выселения и аресты в Крыму, суды в Крыму и Узбекистане - все это вынудило крымскотатарский народ направить в Москву большую и представительную делегацию.

К 18 мая в Москве собралось около 800 представителей, прибывших из всех населенных пунктов, где проживают крымские татары.

Власти, видимо, решили напомнить крымским татарам трагический день 18 мая - день выселения всего крымскотатарского народа из Крыма.

В этот день в Москве карательными органами была устроена охота за представителями крымских татар. Около 800 человек было схвачено и доставлено на Казанский вокзал. Их загнали в вагоны и под конвоем отправили в Ташкент.

Хочу привести краткие выдержки из письменных показаний некоторых жертв того произвола.

Зоре Ислямова пишет: "Нас привезли на Казанский вокзал, подогнали автобус прямо к вагонам и насильно начали высаживать и заталкивать в поезд. Я сказала: "Не сойду, хоть убейте на этом месте!" Двое скрутили мне руки, а третий тянул за волосы... Разве все это можно забыть?"

Член делегации крымских татар Элямие Расулова пишет: "Людей выталкивали из машин в вагоны. Из моих рук полковник вырвал сумочку. Я запротестовала. Офицер скрутил мне руки, от боли я начала кричать: "Вы издеваетесь над матерью шестерых детей. Двое моих сыновей служат в Советской Армии...".

Эти акты расправы над представителями крымскотатарского народа в Москве были описаны в "Траурной информации №69".

Представители крымскотатарского народа писали: "И если в памяти нашей стали затуманиваться лишь отдельные моменты изгнания с родной земли 18 мая 1944 года, то нас заставили вспомнить и воскресить все в памяти те, кто санкционировал облаву на представителей крымскотатарского народа 16-18 мая 1968 года в Москве и в Крыму, предварительное заточение их в различные вытрезвители, впихивание людей в вагоны и отправку под усиленным надзором в места резервации в Среднюю Азию.

Охота на негров - XVII век. Охота на крымских татар - 16-18 мая 1968 года в Москве - 51 год советской власти! Бесконечные эшелоны 1943-1944 годов, набитые изгнанными с родных земель народами³¹, - вагоны набитые 16-18 мая 1968 года представителями крымскотатарского народа на 51 году советской власти! Это ли не позор века! Это ли не расовая дискриминация? Или это один из методов решения национального вопроса в СССР. Кто будет отвечать за уничтожение крымскотатарского народа как нации? Крымскотатарский народ вымирает - уничтожена его культура, история, литература и искусство!"

Приведенный мною документ со 115 подписями был направлен в ЦК КПСС, Верховный Совет и Совет Министров Союза ССР, редакциям газет и журналов, общественным и политическим деятелям страны, во все населенные пункты, где проживают крымские татары.

И вот осенью 1968 года в Узбекистане начинается новая волна арестов. Вновь на скамье подсудимых оказались жертвы произвола и беззакония - представители крымскотатарского народа, подписавшие "Траурную информацию №69". Были арестованы:

1.Решат Байрамов -1943 года рождения, уроженец деревни Камышлык, Карасубазарского района Крымской АССР, рабочий. Арестован в г. Мелитополе и позже доставлен в Ташкент.

2.Айдер Бариев -1938 года рождения, уроженец Куйбышевского района Крымской АССР, тракторный механик.

3.Светлана Аметова - 1941 года рождения, уроженка г. Симферополя Крымской АССР, медсестра санэпидстанции г. Янгиюля Ташкентской области.

4.Иззет Хаиров - 1938 года рождения, уроженец деревни Корбек Алуштинского района Крымской АССР, инженер-физик, член КПСС.

5.Мунире Халилова - 1945 года рождения, уроженка деревни Усть-Гаревая Красновишерского района Пермской области, медсестра Бекабадской поликлиники.

6.Риза Умеров - 1920 года рождения, уроженец деревни Авджикой Бахчисарайского района Крымской АССР, участник войны, электросварщик.

7.Роллан Кадыев - 1937 года рождения, уроженец г. Симферополя Крымской АССР, физик-преподаватель Самаркандского университета.

8.Ридван Гафаров - 1915 года рождения, уроженец г. Симферополя Крымской АССР, участник Финской и Второй мировой войны, инвалид второй группы, в прошлом - член КПСС, был осужден за участие в национальном движении по ст. 191-4-6 УК УзССР в 1967 году.

9.Исмаил Языджиев - 1920 года рождения, уроженец деревни Корбек Алуштинского района Крымской АССР, участник войны, учитель, работал каменщиком.

10.Руслан Эминов -1939 года рождения, уроженец города Симферополя Крымской АССР, инженер-строитель стройтреста № 9 Главташкентстроя, находился под подпиской о невыезде.

Все перечисленные лица были арестованы на основании Постановления первого заместителя прокурора УзССР Зотова о возбуждении уголовного дела № 109-4 июля 1968 года.

Как сказано в обвинительном заключении: "Основанием к возбуждению настоящего уголовного дела послужил клеветнический документ под названием "Траурная информация №69", поступивший в адрес Союза писателей Узбекистана от обвиняемого Байрамова Решата.

Находясь в Москве, обвиняемые Байрамов, Бариев, Кадыев, Аметова, Халилова и другие, помимо отправления клеветнических документов в партийные и правительственные инстанции, рассылали их в большом количестве в общественные и государственные организации, работникам науки, культуры и искусства, общественным деятелям и частным лицам...

В ходе следствия все обвиняемые в своих заявлениях опровергли несостоятельность обвинительного заключения. Например, Мунире Халилова в своем заявлении в Верховный Суд УзССР писала:

"Я категорически заявляю, что виновной себя не признаю, так как никакого преступления я не делала и в документах, которые я изготовляла и распространяла, нет ничего ложного, порочащего советский государственный строй, а все это взято из фактов".

А Роллан Кадыев не только опроверг, но и разоблачил суть обвинительного заключения.

В своем заявлении на имя Генерального Прокурора Союза ССР Роллан Кадыев писал:

"В написанных мною документах, направленных в советские и партийные органы, нет никаких измышлений. В них говорится лишь о дискриминационном положении моего народа, о том, что до сих пор руководители партии и правительства игнорируют требование крымскотатарского народа об организованном возвращении в Крым и тем самым проводят политику геноцида, направленную на ликвидацию крымскотатарской нации, в то самое время, когда в своих речах демагогически заявляют о расцвете ленинской национальной политики в СССР, о развитии культуры, науки, искусства всех народов СССР. Поэтому-то, - продолжал Роллан Кадыев, - вы лично, прокурор республики, органы КГБ в угоду этим руководителям прилагаете все усилия для расправы с участниками национального движения крымских татар, продолжая в новой форме сталинский план "ликвидации врагов народа".

Обвиняя Генерального Прокурора в проведении хищнической политики великодержавного шовинизма, Роллан Кадыев напоминает в своем заявлении, что прокурор сделал карьеру еще при Сталине.

"Вы, как прокурор, - продолжает Кадыев, - наверняка в тот мир иной приговорили немало настоящих людей. Сколько прошло их через ваши руки, обагренные кровью? Сотни? Тысячи? А потому я с этим заявлением обращаюсь не к вам, преступнику-прокурору, а к креслу, занимаемому пока вами.

Когда сталинисты в своей грязной деятельности встречаются с решительным отпором их делам, раскрытием их преступлений, то тут вся власть и весь аппарат партийных, советских, государственных органов используется для массовых репрессий, организации по возможности тайных судебных процессов, фальсификации истории, литературы и прочее.

Именно с этой целью подготавливается очередной процесс надо мной и моими товарищами, разумеется, не может добровольно согласиться на свое разоблачение³². Тем более это относится к преступникам, стоящим на вершине власти, - продолжает Роллан Кадыев. - Поэтому существенным оружием ваших единомыслящих и единодействующих является террор, репрессии. Протестую против этих ваших хищных замыслов".

Далее, говоря о законности крымскотатарского движения, Кадыев спрашивает:

"Если не было так называемого крымскотатарского вопроса, то к чему же тогда был Указ Президиума Верховного Совета Союза ССР от 5 сентября 1967 года?"

Аналогичные заявления-протесты писали и другие обвиняемые. Хотя в ходе следствия ни один из пунктов обвинения не был доказан следствием, все десять представителей крымских татар были преданы суду.

Судебный процесс проходил в Ташкенте с 1 июля по 5 августа 1969 года.

С первого и до последнего дня процесса я находилась в зале суда. Вела записи, вместе с другими крымскими татарами выпускала "Информацию" о ходе судебного процесса.

Защищали крымских татар адвокаты из Москвы - Монахов, Заславский и Сафонов.

Не только подсудимые, но и адвокаты в своих выступлениях вскрыли все недостатки обвинительной речи прокурора, показали юридическую безграмотность прокурора и беспочвенность выдвинутых обвинений. Так, например, в своей защитительной речи адвокат Монахов говорил:

"Сегодня на скамье подсудимых мы видим талантливых ученых, участников обороны Севастополя в Отечественной войны. И ни один из подсудимых не просит пощады, ибо они требуют справедливого решения своего национального вопроса. Нет никакого закона, который запрещает писать и требовать возвращения народа на родину своих предков, собирать подписи и деньги, а также собирать людей у себя дома и делиться впечатлениями. Речь прокурора же содержит только нападки и голословные заявления и не содержит обоснованных доказательств вины подсудимых...".

Монахов просил для своих подзащитных оправдательного приговора.

В такой краткой беседе невозможно рассказать о процессе, который длился более месяца. Десять подсудимых - десять показаний и десять последних слов. Вот что говорил в своем последнем слове Иззет Хаиров:

"Заканчивая свое выступление, я еще раз хочу подчеркнуть, что ни я, ни мои товарищи ни в чем не виновны, вы нас судите лишь за то, что мы активно боролись за национальные права своего народа. В течение 11-месячного пребывания в тюремных застенках я имел возможность критически проанализировать и оценить все свои действия и поступки в прошлом. Я не нашел в них ничего преступного... Поэтому я и впредь готов бороться за полное восстановление национальных прав моего народа, считаю, что ни один честный человек, будь это крымский татарин или гражданин другой национальности, не может оставаться в стороне от этой благородной борьбы. Еще на заре человечества были рождены великие идеи свободы, равенства, братства и счастья для всех людей земли, - говорил Иззет Хаиров. - Эти идеи стали символом борьбы прогресса против тьмы и насилия.

Я желаю, чтобы идеи свободы, равенства, братства и счастья нашли свое воплощение и в решении судьбы моего малог