Перестройка и национальный вопрос
О гражданственности*

"3абвение философии и именно философии вопросов,
подмена ее пересказом на уровне отрывного календаря
стандартных стереотипов становится во многих случаях
причиной духовного отупения, убогости и примитивизма"
/Андрей Вознесенский/

В начале февраля получил письмо от товарища, проживающего ныне в Геленджике, в котором он делится со мной тревогами относительно состояния нашей культуры на сегодняшний день и конкретными предложениями в задачах движения в этом направлении. Ранее он сообщал мне, как в августе крымские татары в Крыму отказались от предложений отделов народного образования открыть в школах факультативные классы для изучения родного языка, заявив, что такие "подачки без автономии им не нужны". Разделяя тревоги автора относительно игнорирования культурных запросов народа такими участниками движения, выражающими этим лишь свое невежество, насторожился в том месте письма, в котором наше движение определено как "активное действие", причем под последним, как чувствовалось  из контекста, понималось, скорее всего, нечто адекватное категории из области естествознания, а не социологии.

В области общественных, явлений под движением народных масс понимается, прежде всего, движение мысли, причем мысли общественной, реализуемой в тех или иных идеях. "Идеи становятся материальной силой, когда они овладевают массами" - остается главным тезисом основоположников марксизма для понимания не только роли идей в развитии общества, но и роли инициативы, активности, творчества масс в процессе претворения этих идей в жизнь.

С первого дня выселения народ не мог примириться со своей участью изгнанника с родной земли, но это стихийное познание не было и не могло быть сформировано в самосознании народа как общественная мысль, отражающая в идеологии народа его отношение к новому искусственному "статусу изгоев". Нужны были определенные исторические условия, чтобы такая народная мысль, т.е. и движение, отражающее нравственные и духовные запросы народа, сформировались. Лишь XX съезд, т.е. партийная мысль создала и породила те условия, благодаря которым сформировалось крымскотатарское национальное движение как движение за восстановление попранного национального равноправия народа. Другое дело, что расстановка внутрипартийных сил и группировок в те годы не принесли народу радости ощущения исторической и социальной справедливости, а потому движение существует и будет существовать до тех пор, пока сохраняются источники несправедливости - законодательные акты, лишившие коренное население крымского полуострова довоенного статуса.

Только в наши дни становятся понятными причины того, что наш вопрос не был решен да и не мог быть решен в те далекие уже пятидесятые годы, ибо отсутствовало главное - "новое мышление", основывающееся на новых экономических отношениях, которое только и может породить то "историческое новое мышление", что в своем ретроспективном взгляде на прошлое может освободиться полностью от "родимых пятен" многовековой колонизаторской политики, от привычек и прихотей великодержавного Держиморды не принимать, отторгать от себя всякое иное - "инородца". Почему крымские татары и немцы Поволжья оказались исключением из списка реабилитированных народов? - такой вопрос лишь подтверждает предыдущий тезис, который требует, конечно, более подробного анализа, другого случая.

Совершенно очевидно, что судьбу народа в 1944 г. предопределили не только исторические наслоения вокруг крымского вопроса различных реакционных политических претензий, но и личные отношения Сталина и его непосредственного окружения к крымским татарам. Поэтому не только с кончиной "великого кормчего", но и только с полным искоренением сталинизма как в действиях, так и в сознаниях объемлющем диалектическое единство логического и исторического, можно было придти к желанию объективного рассмотрения вопроса и окончательного, конструктивного его решения.

Насколько общественное сознание сегодня отражает диалектическое единство логического и исторического на основе чувственных восприятий болезненных явлений в области национальных отношений?

Человек смотрится в зеркало и через это воспринимает свой облик, а посредством соотнесения своих поступков со своим обликом познает себя на протяжении всей своей жизни. Народ обращается к своей истории как и зеркалу, посредством которого он не только создает свой облик и познает себя, но и определяет свое будущее; только через историческое самопознание он приобретает возможность выбора своей судьбы, возможность творить историю. Утверждение - "Народ является творцом истории" - требует всегда поправки: "Свободный народ является творцом истории".

Освободилось ли общество сегодня от сталинизма настолько, чтобы полностью залечить раны прошлых лет и унять боль "униженных и оскорбленных", изменить их трагическую порой судьбу?

Перестройка только еще набирает темп, и было ли достаточно времени, чтобы познать хотя бы историю партии, не говоря уже об истории народов нашей страны? Как опасна поспешность в таких ситуациях – поспешность и тех, кто неудовлетворен, и тех, от кого зависит это удовлетворение.

Ведь сплошь и рядом на страницах газет и журналов отмечалась и отмечается слабость темпа перестройки ее "буксовка", противостояние и сопротивление ей. Вот примеры гласности:

"Если мы говорим о революционном характере сегодняшних перемен, то так же уместно говорить о контрреволюционном сопротивлении гласности, и реформам. Здесь нужны терпение и выдержка, постоянная готовность к спокойному, аргументированному спору с противниками перестройки" /Лев Вознесенский, "Московские новости", №1, 1988г./

"Сопротивление консерватизма день ото дня усиливается... Боюсь, что сила этого сопротивления, его действительный эффект сегодня во многом недооцениваются" /Николай Шмелев, "Московские новости", №1, 1988/

Просто неудобно приводить цитаты из выступлений М. С. Горбачева на последнем Пленуме ЦК КПСС по этим же вопросам, - после В. И. Ленина ни один политический  лидер не был столь откровенен с народом.

Торможение, буксовка  процесса  перестройки, противостояние ей, а отсюда и слабый темп демократизации и гласности, приведут, очевидно, к половинчатым решениям вопроса; гарантии успеха лишь самой перестройке, ее поступи, темпе, ритме. Поэтому-то и отношение к национальному вопросу служит "лакмусовой бумагой "для проверки ее подлинности точно в той же степени, в какой К. Маркс и Ф. Энгельс использовали национальный вопрос в качестве "орешка на зуб" для проверки подлинной революционности всякого социалиста.

Демократия и гласность, как основные инструменты перестройки, направлены на формирование нового мышления, которое становится сутью перестройки, специфика которой проявляется в том, что от надстройки "своего мышления" требуется максимальное воздействие на базис, чтобы  стронуть с мертвой точки застывшие экономические, производственные отношения. Рычаги экономического преобразования общества найдены, но инерция старого мышления противостоит новому, через которое только  можно придти к качественно новым производственным отношениям.

Этот поистине революционный процесс не может не затронуть все сферы мышления, - политические, социальные, культурные и др., и, естественно, не может не затронуть и национальные проблемы и  отношения, не может не сформировать новое мышление в этих вопросах. Очевидно, что формирование такого мышления требует самой высокой культуры политического мышления  не только со стороны "ответственных за решение вопроса" лиц, но и тех, кто считает свои национальные интересы ущемленными. Для успешного решения подобных проблем нужны и соответствующие политические условия - достаточно высокий темп демократизации и гласности, и достаточно интенсивный на этой основе поиск путей решения самой проблемы, в процессе которого неизбежны, по-видимому, диалоги "народ - руководители" как проявление социалистического плюрализма.

Только политические слепцы и невежды, а то и сознательные провокаторы и противники перестройки могли толкнуть народ на "диалог" в форме летних демонстраций на Красной Площади и продолжают до сих пор подстрекать его на такие действия в местах поселения и выбранного нового места жительства. Новоиспеченный "участник движения" - экстремист Фуат Аблямитов 11 февраля 1988г. на заседании республиканской рабочей комиссии в Ташкенте в своем выступлении так прямо и заявил, что проводились для "политического диалога с руководителями", а его соратник Эскендер Фазыл заверил, что "демонстрации и митинги проводились и будут проводиться до победного конца". Не случайно, что нашими экстремистами народное движение воспринимается в прямом  смысле как механическое перемещение людей в пространстве, определение на некоторый физический момент времени мест их локации с последующим, при необходимости, изменением этих мест в пространстве и во времени; отсюда проистекает политический зуд выражать сегодня свое понимание национального вопроса исключительно посредством митингов, демонстраций, шествий. Тот же "вожак" экстремистской молодежи А. Хамзин признался, что "демонстрации ради демонстраций", в каковые превратились их "политические молодежные гуляния", приводят в конце концов  полному идеологическому отупению, но из-за отсутствия у них "достаточно квалифицированных идеологических кадров" приходится, мол, прибегать к демонстрациям "как единственного для них средства поддержания духа".

Для диалога же [возможно, в тексте пропущена частица "не" - "Кримські студії”] нужны даже "круглые столы", - достаточно от сторон взаимное движение прогрессивной мысли, общности в понимании проблем и препятствий на пути реализации мысли в жизнь.

Митинги и демонстрации в 60-е годы были естественны в процессе роста национального движения как протест против игнорирования интересов народа реакционным, по сущности, политическим и государственным руководством страны не только по отношению к нашему народу, но и всему советскому народу, что являлось неизбежным следствием реакционного периода застоя. Наши демонстрации и митинги вчера и сегодня в 1987-88 гг. по прихоти их организаторов выставили народ в качестве противников перестройки и ее руководителей.

Многие наши болезни и беды проистекают от нашего же невежества, от непонимания ни сути своего национального вопроса, ни специфики народного движения, ни его цели и средств достижения этой цели; эклектическая путаница в этих понятиях фигурировала не только в большинстве народных документов за  все эти годы, но и в устах его представителей на различных приемах в партийных и государственных инстанциях. Конечно, наша неграмотность и невежество есть отражение не только состояния народного образования в стране в годы застоя, но и искусственных мер - государственных актов, лишивших народ его довоенного политического, правового, экономического, культурного, духовного статуса. Однако, если это может служить объяснением и в какой-то мере оправданием  культурной деградации народа, то ни в какой мере не может оправдать невежества активистов движения, - несмотря на сохранившиеся и после  ХХ-го съезда КПСС ограничения в отношении народа, доступ к образованию почти во всех сферах  был для нас  все же таки открыт, не говоря уже о самообразовании – единственном средстве преодоления отстаивания от постоянно развивающихся знаний. Знания и образованность всегда, во все времена были,  есть и останутся единственным источником нравственной и духовной силы как каждого, так и всякого народа, отсутствие таковых еще может быть отнесено к убогости, если имеется стремление "образовываться"; постыдно и опасно не само невежество, а довольствие им, ибо в этом случае оно становиться  социально опасным  -  носители его неминуемо скооперируются по "инстинкту стадности" и на уровне сознания как выражался Герцен,  "толпы сплоченной посредственности" с целью нивелирования всех и всякого начнут "охоту на ведьм" и истребление "белых ворон".

Вот образец "мышления" такой "толпы" из "конфиденциального" письма так называемого "Краснодарского ЦИГ" от 10 ноября 1987 года: "Вместо практического дела (?) вы занимаетесь небулярной (т.е. туманной- Р.К.) теорией в национальном вопросе… польза от которой никому, ни в чем, ни на грош… Потом будете делать глубокомысленные философские обобщения и выводы…". Там, где отсутствуют знания и культура, где царит невежество, неминуемо найдутся охотники унифицировать всех по образу своему и подобию, не только по сознанию, но и по форме, - в начале создадут "биологическую массу единомышленников", а затем оденут  на всех "коричневую" форму (многие видели подобное не только по роммовским документальным фильмам "обыкновенный фашизм", но и воочию на оккупированных территории; видел и я, пусть и с малых лет). И буду не только предавать анафеме всех, не принявших стереотип мышления, но по фанатическому "вожделению" толпы, ее именем или "народных трибуналов" буду выносить свои "приговоры".

Закономерно, что подобная фанатичная, отупелая, экстремистская толпа крымских татар в июльские дни 1987г. в Москве скандировала "Смерть! Смерть!" по наущению своих "лидеров" в адрес своих же соотечественников, не принявших экстремизм.

Любопытно, что и черносотенская "Память" не может сегодня обойтись без "народных трибуналов", о чем уведомили "Известие" от 27 февраля сего года. И как характерно, что в книгах "идеолога" памяти В. Бегуна эксперты, как осведомляет газета, "отметили целый ряд текстуальных совпадений не более и не менее как с библией германского фашизма. "Майн кампф", а наш М. Джемилев не слишком далеко ушел от того же - в своем "ответе" на упомянутое письмо краснодарцев он полностью обнажает свое лицо: "Не вижу оснований для особой тревоги по поводу его /движения - Р.К,/ дееспособности... Конечно, ощущается острый дефицит интеллектуальных сил, но что же делать?.. Полагаю, что главное - не бездействовать. Пусть будут ошибки, потери, но польза тоже непременно будет..." Дальше длинный циркуляр "действий" - печатный орган, митинги, демонстрации, не отвергаемые забастовки и пр.

Как похоже все это на Адольфа, который говорил толпе – "Ваше дело убивать!", и приучал к мысли, что за нее думает "фюрер", который за все отвечает и освободит каждого от таких "химер" как совесть, честь, человечность.

Так в начале развращают народ, а затем и нравственно и духовно его растлевают.

Как вовремя напомнил нам Борис Васильев недавно (январский номер "Известий") о "нравственной гигиене" по Герцену и различении Толстым  трех видов нравственности:

- нравственно то, что служит на пользу моему "я". Это - нравственность дикости;

- нравственно то, что служит на пользу тому кругу, который есть мой. Это - нравственность варварства;

- нравственно то, что служит на пользу всему человечеству. Это - нравственность общечеловеческая.

Наши экстремисты - подлинные "Бесы движения" не вышли из круга нравственности дикости и варварства; печально, что через них судят сегодня о всем народе, о его нравственном и духовном облике.

В такой напряженной ситуации как никогда нужны терпение и выдержка, являющиеся непременным "атрибутом" политической зрелости. Правы полностью Попов с Аджубеем, усмотревшим в наших демонстрациях интересы внешних и внутренних противников перестройки. Для первых мы послужили "лакмусовой бумажкой", чтобы проверить "на прочность" – саму перестройку; интересы вторых посложнее, - с одной стороны, такие "эксцессы", можно было предъявить в качестве "счета" защитникам перестройки, с другой стороны подтолкнуть  к скорейшему, "половинчатому" решению нашего вопроса.

Есть основания полагать, что такое "куцое" решение вопроса уже удалось провести противникам перестройки, а, следовательно, противникам и нашего народа.

После ликвидации Наркомнаца Сталиным всякие проблемы межнациональных отношений входили в компетенцию оргпартотдела ЦК КПСС. Лишь после принятия определенного решения по таким вопросам по подготовленным материалам, исходящим от этого отдела, документы решения могут быть по необходимости в те или иные отделы ЦК КПСС.

Высказанное предположение в определенной степени подтверждает тот факт, что после летних событий наш вопрос стал дежурным вопросом отдела пропаганды, и сам характер публикаций проявляет "идеологическую натяжку" на фасад перестройки, -  ни в одних пропагандистских материалах не найти и намека на признание самого народа и его права на свою национальную родину, не говоря уже об упоминании его движения.  Оперируя в отношении народа даже не столь демографической, сколь чисто географической категорией "население", противники перестройки демонстрируют не только свой цинизм, коль готовы прикрыть свои замыслы маской невежества, сколь полное неприятие марксизма, кстати, как и многие наши экстремисты. То, что решение не публикуется до сих пор, наводит на мысль, что оно действительно "куцое", а потому отводится определенное время пропаганде на подготовку "общественного мнения" спокойно проглотить такую "политическую наживку". Следует особо акцентировать и то факт, что более "антиобщественные" по своей сути события в Литве, Казахстане, Армении и Азербайджане не использовались советской пропагандой для разжигания антиармянских и антиазербайджанских, антиказахских или же антилитовских настроений, тогда как антитатаризм захлестнул не только прессу, телевидение, но и население различных районов страны.

Сложившаяся ситуация весьма схожа по своей сути с летними событиями 1987 г., когда к моменту приема представителей народа высшим руководством надзорных над народом органов - КГБ, МВД, Прокуратуры - уже было соответствующее "мудрое партийное" решение, которое до и после публикации в сентябре того же года потребовало от пропагандистской машины включения всей мощности, всего возможного и невозможного - сколько угодно лжи, немножечко полуправды, но ни грамма правды. Попытки же задушить движение народа языком судебных процессов, тюрем, лагерей, погромов в Крыму после Указа 1967 г. обманутых крымских татар, кроме мирового позора,  ничего обществу не дали, если не считать эти негативные явления как "позитивные", способствовавшие дальнейшему "расцвету застоя", т.е. его "упадку", что и приблизило нынешнюю перестройку.

Прошлые события должны послужить уроком для всех: и для политического руководства страны, которое обязано вернуться к коренному решению вопроса - отмене всех антиконституционных, опубликованных и не подлежащих публикации, законодательных актов в отношении народа, и тем самым помочь отмести всякие попытки свести столь общедемократический вопрос к "рассмотрению социально-бытовых и культурных потребностей крымскотатарского населения" с учетом "интернациональных интересов других народов"; и для нас должен быть урок в выборе правильных, исходящих из объективных условий средств выражения цели движения, чаяний и надежд народа, и эти средства должны соответствовать культуре политического мышления народа, если он надеется на  политический диалог с руководством.

Ещё не все упущено, время есть для всех, было бы обоюдное желание исправить прошлые ошибки, вникнуть в суть проблемы, видеть ее  в органической связи с остальными проблемами перестройки, а для этого нужно немалое - чувство гражданственности, даже в степени гражданского мужества.       

Если оставаться националом, и исключительно националом, то легче всего предъявить счет перестройке и требовать немедленной уплаты долга; так и определяют свою политическую позицию наши экстремисты: "43 года ждали и больше не намерены ждать!" Но ведь 70 лет и вся страна ждала перестройки, т.е. эры Правды и социальной Справедливости.

Как совместить в себе национала и гражданина в  том случае, когда на страдания гражданской судьбы  наложились  еще и страдания судьбы национальной? Какая боль сильнее - национала или гражданина? Какую боль скорее залечить и как? Вопросы эти сложные и ответы на них не столь просты. Если гражданин в тебе уже удушен, погиб, то, конечно, национал как потребитель быстро определит свою позицию -  "Даешь сейчас и никаких гвоздей!" Если же жив в тебе гражданин страны, судьба которой столь же небезразлична как и судьба твоего народа, и перестройка для тебя была столь же долгожданной, то ты не дашь никому задушить ее, защитишь ее от выхолащивания и превращения в очередную "шутку – шоу" и чрез гражданское терпение и выдержку найдешь правильный путь реализации своих национальных чаяний и надежд. Всякая высокая идея для своей реализации требует выбора средств, достойных как ее самой, так идеалов и культурных традиций народа,  и для того, чтобы не увязнуть в болоте национализма, необходимо гражданское мужество.

Роллан Кадыев.

Самарканд.

29 февраля 1988 г.

^*Дана стаття Ролана Кадиєва входить до циклу робіт Ролана Кадиєва "Наші хвороби – критичні примітки з нашого національного питання”, написаних ним у січні – серпні 1988 року та адресованих членам ініціативних груп кримськотатарського національного руху – "Кримські студії”.