Мина, которая взорвется завтра

2 месяца назад Коллегия народного образования Крыма обсудила новый проект учебного плана в общеобразовательной школе, связанный с сокращением в ней на 22 процента нормативных часов школьной программы.

Преобразования были вызваны вполне, казалось бы, благими намерениями – снизить нагрузку на учителей и детей поднять качество обучения. Однако, принцип "сократить" лишь по трем государственным языкам, украинской и крымскотатарской литературе.

Новое решение подкрепляется серьезными документами и даже разграничением полномочий между Украиной и Крымом. И хотя проект в целом не одобрен нашими специалистами народного образования и вызвал протест учителей крымскотатарского языка и литературы и предупреждение о забастовке родителей и детей, проблема тщательно маскируется и вероятность окончательного негативного результата скрывается.

Зная, что вопрос все еще остается открытым для обсуждения, мы предлагаем мнения о нем работников разных категорий народного образования.

НАДЖИЕ УМЕРОВА,
преподаватель крымскотатарского языка (Нижнегорский р-он)

У преподавателей крымскотатарского языка и литературы большие претензии к новым планам в области образования в национальных классах. Во-первых, у большинства преподавателей в 2-3 раза сокращается количество часов, выделенных на изучение крымскотатарского языка. Чему можно научить за полчаса в неделю старшеклассников, за один час - учащихся 8-х, 9-х классов, и за 2 часа - 5-х и 7-х?

Вместо того, чтобы вести речь об увеличении часов, а это требование не завтрашнего дня, а уже сегодняшнего, нам сокращают учебный план, говоря о неконкурентоспособности наших детей, об отсутствии перспективы в их образовании. Мы, учителя и родители, связываем перспективу своих детей прежде всего с их знанием родного языка. У нас отбирают и предмет обучения - крымскотатарскую литературу. Ее переводят в интегрированный курс изучения литературы, наряду с мировой, русской и украинской литературами, но на русском языке. Думаю, эта прекрасная мысль должна внедряться не за счет наших детей, которые имеют право изучать крымскотатарскую литературу на языке оригинала. Под большим вопросом теперь остаются преподавательские кадры. Учителя крымскотатарского языка вынуждены будут увольняться по  сокращению.

ВАСФИ АБДУРАИМОВ,
гл. специалист программно-методического отдела
Управления народного образования Крыма

На Коллегии, которая обсуждала новый учебный план, я лично сразу выразил свое несогласие с проектом этого документа.

Дело тут вот в чем. Уменьшение нормативной нагрузки учителей, само по себе, явление прогрессивное, предполагало дополнительное финансирование Украины. Но финансирование не открыли, и это привело к необходимости уменьшения учебной нагрузки на 22 процента. И ничего умнее не придумали, как провести сокращение за счет языков и национальной литературы. Хотя, конечно, русский язык они оставили и без выяснения желания его изучать. Мое мнение - все три государственных языка должны изучаться в одинаковом объеме. Но даже в рамках усеченного учебного плана можно исправить положение путем перераспределения часов из интегрированного курса литературы. Нужно сохранить количество часов без всякого дополнительного финансирования, как это было до настоящего времени. Я считаю, что количество часов, отводимых на наш язык и литературу, - это тот минимум, который позволяет хоть в какой-то степени восполнить незнание языка,

СЕЙРАН МЕМЕТОВИЧ УСЕИНОВ,
зав. кафедрой Республиканского института усовершенствования учителей

Не нужно даже быть специалистом, чтобы дать оценку сложившейся ситуации. С первых дней, как мы вернулись в Крым, наши дети в школах по два часа изучали литературу и родной язык. А теперь что? Понятно, что язык и литература - это один организм. Идея интегрированного изучения крымскотатарской литературы принадлежащая директору нашего института Р. Никифорову, не оправдывается тем, что наша литература является общенациональным достоянием и должна изучаться на языке обучения. С ним трудно не согласиться, когда в классе нет групп с изучением татарского языка. Но у нас совершенно другая ситуация. Есть школы, где от 50 до 90 процентов учащихся крымские татары, вынужденные изучать свою литературу на русском языке.

Когда еще в прошлом году начался разговор о сокращении нормативного учебного плана, мы вышли со своим предложением, где часы, выделяемые на литературу и язык, практически, оставались без изменения. Под сокращение попадали в равной степени все предметы, хотя, с учетом возрождения языка и культуры возвращающегося депортированного народа, можно было бы не трогать крымскотатарские предметы, и, может быть, даже увеличить за счет школьного компонента. Но утвержденный на Коллегии, урезанный в частях учебный план не имеет ничего общего с тем, что предлагалось в прошлом году. Сегодня мы в своей лаборатории разработали новый вариант программы для утверждения на Коллегии. Новизна ее лишь в том, что мы разграничили школы, в которых существуют группы с изучением национального языка и где они отсутствуют. Соответственно, каждой категории свой подход - с интегрированным подходом обучения и без него.

Однако сегодня все зависит от финансирования. Нам предлагают изучать литературу хоть по 10 часов в неделю, при условии, что эти часы профинансирует Комитет. Но образование - дело серьезное, его нельзя связывать с временными структурами. Другое дело - издание учебников.

РОСТИСЛАВ АНДРЕЕВИЧ НИКИФОРОВ,
директор института усовершенствования учителей

Нас сегодня должны волновать не столько новые учебные планы, сколько программы по курсу обучения крымскотатарскому языку и литературе. Их нет. Нет и учебников. Так давайте в комплексе рассмотрим общий учебный план. Есть предметы, на которые мы должны наложить "вето" в смысле сокращения, т.к. может ухудшиться качество образования наших детей, их конкурентоспособность. К примеру, технические науки мы не можем сократить, мы должны их только усилить. Что же подлежит сокращению? Согласно Конституции Крыма и Закона "Об образовании" мы ведем образование на том языке, на котором пожелает собрание родителей этого региона. Хотите на греческом, хотите на немецком. Если есть программы. А если их нет, мы по объяснительной записке их составим через определенное время, и не нужно опережать события. Документ еще не подготовлен, не отработан, а вы им интересуетесь. Для нас все языки равны.

Мы выделяем лишь язык обучения. То же с литературой. Два часа для крымских татар в любом случае забронировано, правда, в другом блоке. Проблема в другом. До сих пор никто, кроме крымских татар, не имел возможности знакомиться с крымскотатарской литературой. Конечно, эти часы в интегрированном курсе проблему не решат, тем более что нет никакой литературы. Сейчас возникает проблема - нужна ли нам в институте лаборатория по подготовке учебников. Сейрана Усеинова я взял в институт под видом методиста украинского языка и литературы, когда этого еще нельзя было делать. Не сегодня они свое дело сделали. Существуют другие лаборатории кафедры, уровень которых значительно выше.

С кадрами учителей тоже не должно быть проблемы. Мы провели пробную тарификацию в Джанкойском районе и в Керчи Увольнять там никого не собираются, так что проблемы я этом вообще не  вижу.

НАРИМАН АБДУЛЬВААПОВ,
студент крымскотатарского отделения СГУ

Думаю, что полемика об одном или двух часах преподавания родного языка не играет роли. Этот час такая мелочь, которая растворяется в нашем общем незнании и невежестве. Что такое один час, если 24 часа в сутки ребенок не говорит по-татарски. Я, думая, обсуждаемая проблема носит далеко не частный характер. На глазах исчезает очень самобытный, еще не сформировавшийся полностью этнос, имеющий очень интересные глубокие корни. И если бы люди не помешали ему подняться, он стал бы потрясающим явлением современной духовности. Но все это стоит под угрозой. Какие-то наши, мягко говоря, недоброжелатели к этому причастны. Что мы видим? Какой-то отрезок времени, и никто не знает, что будет потом. Поэтому нужно кричать о наших проблемах. Есть мудрые люди в нашей цивилизации, которые заинтересованы в формировании и даже возможности проектирования лучших качеств нации. Мы должны возбуждать цивилизованные центры мира, привлекать внимание к нашей точке, как к центру приложения интеллектуального, морального, материального капитала. Это касается не только образования, но и всей творческой работы. Я уверен, есть целые институты, которые должны узнать о  нас.

Существует некая философская теория о степени виновности в совершаемых злодеяниях. Первая степень виновности, когда человек не знает и поэтому не ведает, что наносит вред. Вторая, когда он знает, но ничего не может изменить. Третья, самая опасная, когда человек знает, как изменить, но ничего для этого не делает, а если делает, то сознательно наносит вред.

Так часто встречающаяся третья категория людей, не обязательно наделенная властью, но и не всегда лишенная ее – не просто виновница, а преступница. Блеф посева "разумного и вечного"  напоминает карточную игру шулера, который, заигрывая с доверчивостью, на ее глазах тасуя колоду, все же достает нужную для себя карту.

Материал подготовила
Г. Курталиева