Надежда умирает последней

После многих лет изгнания Энверу Кадырову все же повезло. Он вернулся вместе со своей большой семьей на крымскую землю еще в 1969 году. Правда, не в свою родную деревню Ак-Тачи (ныне Фурманово) Бахчисарайского района, а значительно севернее - в Раздольненский район. Здесь, в колхозе "Восток" он еще проработал 15 лет бригадиром садоводческой бригады, пользовался большим уважением за доброе отношение к людям, трудолюбие.

Вырастил Энвер-ага со своей женой хороших детей, дождался и внуков.

Жаль только, что живут они сейчас далеко от родительского дома. Коротают свой век супруги Кадыровы вдвоем да ждут, когда кто-нибудь из детей заглянет в гости. Но встречи с ними теперь стали редкими по причинам всем известным.

Все бы ничего, вдвоем в мире и согласии тоже можно быть счастливыми. Но, похоже, судьба еще не все испытания послала. Парализовало Энвера-ага, прикован он теперь к инвалидной коляске, ВТЭК определила ему первую группу инвалидности. Ни помочь жене по хозяйству, ни себя обиходить уже не может.

Наполняются слезами все еще красивые и добрые глаза, а душу рвет волна отчаяния. Словно на киноленте прокручивают воспоминания всю прожитую жизнь:

Возмужать пришлось рано, в шестнадцать лет, когда его и еще пятнадцать таких же юных односельчан в мае 1942 года угнали фашисты на каторжные работы. С бахчисарайской платформы товарные вагоны привезли их в австрийский город Грац, где находился лагерь "Мурфельд-2". Оттуда гоняли на строительство завода в Тондорфе, которое вела фирма "Тайгер".

Непосильный рабский труд изо дня в день выматывал, лишал надежды на скорое возвращение. Согревала лишь возможность небольшой группе крымских татар держаться вместе в одном бараке. Считали себя одной семьей, и это чувство давало возможность выжить на чужбине.

Только недолго длилось это братство. В 1944 году нескольких человек, в том числе и Энвера, перебросили на новое строительство в Пиггау. Очень он тосковал по друзьям, выпросил однажды разрешение на поездку к ним. Так спешил на встречу, что в дороге потерял аусвайс. Успел повидать своих только каких-то пять минут. Нагрянула проверка документов. Затем тюрьма, допросы, побои. Под угрозой смерти заставили подписать протокол, о содержании которого он и до сих пор не знает. По решению фашистского неправого суда его приговорили к заключению в концлагере Маутхаузен.

Потянулась вереница дней, каждый из которых тогда казался вечностью. Жизнь вообще потеряла всякую ценность. Никогда не забудет Энвер-ага сто восемьдесят пять ступеней вниз, в адский каменный карьер. Туда под дулами автоматов спускались изможденные заключенные, подбирали окровавленными руками обломки камней и тащили их наверх. Кто оступался, падал, того пристреливали на месте. Полтысячи обитателей барака, в котором ночевал и Энвер, скоро превратились в живые мощи.

Так продолжалось до конца октября 1944 года. Заметая следы своих преступлений, гитлеровцы спешили расформировать Маутхаузен. В числе 200 заключенных Энвера перевели в другой концлагерь, расположенный в двадцатом районе Вены. То, что дожили до освобождения, до конца войны, считали чудом. Радовались возвращением на Родину.

Но дальше - новые испытания. В Кишиневском фильтрационном пункте после долгих допросов особисты забрали документы об освобождении из концлагеря. Всех крымских татар снова погрузили в товарняки и отправили на "спецпоселение" в Узбекистан. Там он с трудом отыскал мать с младшим братом. Отца-фронтовика, воевавшего до последнего дня, как и всех крымских татар постигла та же участь изгнания.

Далеко позади осталась фашистская неволя, годы депортации. Но обернулись они сейчас тяжелым недугом. Узнал Энвер-ага, что полагаются ему льготы и добавка к пенсии за то, что угоняли в Германию, содержали в концлагере. Надо только справки в собес предоставить, которых у него нет. На все запросы получает один ответ, что документы не сохранились.

Могут помочь свидетели, но найти их через полвека очень трудно. Едва уже вспоминает он имена бывших товарищей по несчастью. Из деревни Ак-Тачи его угоняли вместе с Февзи Сулеймановым, Абдурахманом Абиевым, Сарой (Катей) Бойченко, Сейтхалилом Мамутовым, Эгатом Кадыровым, Сеттаром Усеиновым. Были с ним в Маутхаузенс Куртмулла Асанов и крымский грек Иван из деревни Лаки. Из Кишинева в Ташкент его отправили вместе с земляками - бахчисарайцами Меметом и Асаном.

Энвер-агъа надеется, что, прочитав эту статью, откликнется кто-нибудь из тех, кого вместе с ним угоняли в рабство, кто был с ним в концлагере. Может быть среди них найдутся два человека с документами, необходимыми для свидетельских показаний.

Кто может помочь Энверу Кадырову в поисках свидетелей, обращайтесь по адресу: 334370, Крым, Раздольненский район, с.Красноармейское, ул. Степная,!.

Татьяна Успенская