Крымским путем по дорогам украинской независимости

Не прошло и пяти лет со дня провозглашения независимости Украины, как крымский парламент обзавелся, наконец, своим государственным желто-голубым флагом. Правда, установили его не над зданием Верховного Совета, а на скромном, незаметном издалека, месте - у входа, над порталом. Можно ли теперь с полной уверенностью говорить, что с крымским сепаратизмом - постоянной головной болью Украины - покончено? Чтобы ответить на этот вопрос, попытаемся перелистать назад страницы пятилетней истории полуострова - составной, но мятежной части независимого государства.

И начать, видимо, нужно не с августовского путча, после которого Украина обрела суверенитет, а раньше - с января 91-го, когда в Крыму состоялся референдум по вопросу: "Вы за воссоздание Крымской АССР как субъекта Союза ССР и участника Союзного договора?" Вслед за этим в феврале последовало решение ВС Украины о создании Крымской автономной советской социалистической и тем самым был создан прецедент существования в унитарном государстве автономного территориального образования.

Последствия не заставили себя долго ждать. А сентября 1991 года, уже после провозглашения Акта о независимости Украины, ВС Крыма на чрезвычайной сессии принял свою собственную Декларацию о государственном суверенитете, согласно которой "носителем суверенитета и источником государственности является народ Крыма", от имени которого может выступать только местный ВС. Интересно, что в этот момент, успокоившись тем, что Декларация отразила факт выхода полуострова из состава государства, ВС Украины никак не отреагировал на случившееся, следуя, видимо, принципу "чем бы дитя не тешилось".

А потехи крымского дитятка уже тогда были опасными. Осенью 91-го, когда Украина готовилась к проведению своего референдума, на полуострове появилось теперь уже печально известное РДК - Республиканское Движение Крыма, чей наделенный эксцентричной хоризмой лидер Юрий Мешков, оставшийся не у дел после исключения из Коллегии адвокатов (за мошенничество) начал рваться в бой. Его популярности тогда немало способствовала голодовка у стен ВС  с требованием объявить референдум о статусе Крыма. Крымчане начали активно жалеть адвоката неудачника, готового за идею пожертвовать личными  килограммами, ругать Николая Багрова мешающего воссоединиться мешковскому желудку с исторической родиной, и петь на митингах жизнерадостные песни о "свободном" Крыме, который без Украины догонит и перегонит Сингапур.  Чтобы  прекратить политическую массовую истерию, Мешкова тогда удовлетворили,  приняв Закон о референдуме, и начали готовиться к новым свершениям.

Уже 5 мая 92-го ВС принял Акт о провозглашении государственной самостоятельности Крыма, а на следующий день Конституцию Республики. В ней было заявлено: "Республика Крым является правовым, демократическим государством" со своим флагом, гимном, гербом и президентом. Государство это, заметьте - не автономия, "определяет свои отношения с Украиной на основе Договора", имеет свое гражданство и неприкосновенную территорию.

Николай Багров в своем интервью, опубликованном в газете "Крымские известия" в те дни, успокаивал Киев: "Акт о провозглашении государственной самостоятельности - я подчеркиваю: государственной самостоятельности, а не независимости - не является стремлением к нарушению целостности границ Украины. Цель Акта подчеркнуть, что Крым - не рядовая область, а республика, с которой надо считаться". Поверить в наивность такого искушенного политика, как Багров, добивающегося от Киева таким оригинальным способом Закона "О разграничении полномочий" и экономической свободы, трудно, ибо он не мог не понимать, к чему могут привести игры с местным суверенитетом. И доигрался, вернее, переиграл сам себя.

Сначала Киев отменил Акт и потребовал моратория на проведение референдума, а потом наступила и ревизия Конституции от 6 мая. В Конституции от 25 сентября 1992 года Крым благополучно вернулся в состав Украины и мог осуществлять теперь на собственной территории "все полномочия, кроме тех, которые составляют исключительную компетенцию органов государственной власти Украины". Таким образом, государство показало, наконец, кто в доме хозяин, а к Багрову, зa уступки Киеву навсегда с той поры прилип ярлык "предателя крымских интересов", что, впрочем не помешало ему с завидным благодушием проталкивать "под себя" закон о президентстве в крымском парламенте. (Сегодня можно сказать, что игра Багрова имела кое-какие результаты: Киев принял Закон о разграничении полномочий между органами государственной власти Крыма и Украины, Президент Леонид Кравчук подписал Указ об открытии в Крыму свободной экономической зоны. Жаль, что они так и не заработали. Закон о президенте не стал не только последней точкой в политической карьере своего прародителя, но и чуть было не сделал Крым причиной межгосударственного конфликта.

Что последовало после этого, известно: в январе1993-го президентом Крыма был избран Юрий Мешков, а 25 марта в крымский парламент пришли его соратники из блока с многообещающим названием - "Россия". Николай Багров в своей книге "Крым: время надежд и тревог" потом будет задаваться вопросом: "Как могло случиться, что общество поверило и пошло за случайными и безответственными людьми?" – и будет отвечать устами одного из своих персонажей: "Если Бог хочет наказать человека, он отнимает у него разум". И если недоумение Багрова по поводу поведения им самим же подготовленного электората еще можно понять (действительно, как можно было поверить в сказку о российском, например, рубле), то свою роль в этом процессе Николай Васильевич явно недооценил. Ведь игры с сепаратизмом, в какие его "цивилизованные" одежды не ряди, всегда опасны, и если берешь в руки заряженное ружье, не стоит потом удивляться, почему оно выстрелило.

И как выстрелило! Ладно, если бы руководство Крыма ограничилось лишь своими политическими приключениями, достойными авантюрного романа. Чего в них только не было: и воскрешение старой Конституции, и создание новой - своей милиции, и даже свой местный государственный переворот. Но все, как говорится, можно было бы пережить, но не пережила этого экономика полуострова. Она - всегда ориентированная на туризм, потеряла главное - доходы от курортного сезона. И не только по причине хронической политической нестабильности, но и начавшейся тогда войны мафии, некоторые "крестные отцы" которой, к примеру, Михаил Корчелава, весьма уютно себя чувствовали при президентском дворе. С той поры эта война не прекращается, а в прошлом году этот разгул криминалитета чуть было не сделал Украину еще одной горячей точкой, вызвав татарские волнения в Феодосии и Судаке.

Экономика Крыма стала жертвой и начавшейся борьбы между законодательной и исполнительной властью. С января 94-го в Крыму уже сменилось 5 премьеров (Виталий Курашик – Евгений Сабуров - Анатолий Франчук - Анатолий Дроботов - опять Франчук - Аркадий Демиденко). В результате: на полуострове самый высокий рост падения производства по Украине - 16, 3%, углубляющийся топливно-энергетический кризис, одна из самых высоких в масштабах государства криминогенность.

Но и это не все: в борьбе за собственную независимость Крым потерял свою Конституцию, президента, более 50 законов, управляемость на своей территории милицией, исполнительной властью и по каждому поводу теперь вынужден просить у Киева то отдельных полномочий, то денег для затыкания дыр в бюджете. А потерял ли он свои иллюзии на светлое будущее в лоне матушки-России? Хочется верить, что да, и в этом отношении Киеву крупно повезло в том, что двигателями российской идеи стали такие бездарные политики, как Сергей Цеков - бывший спикер и Юрий Мешков - бывший президент.

Хотя особого повода думать, что в Симферополе, как в Багдаде, будет все спокойно, нет. Нынешнее руководство парламента в лице нового спикера не всегда оправдывает надежд на стабильность. В прошлой своей профессии непосредственно связанный с огнем Евгений Супрунюк очень часто склонен решать все вопросы в пожарном порядке. Поэтому в  крымском парламенте постоянно что-нибудь горит. То Украину, как последним патроном, пугают референдумом, то  за  внутреннее  гражданство рвут на  груди рубашку,   то российский флаг устанавливают, то украинский установить не  могут.

Впрочем, перед самым днем пятилетия независимости Украины державный флаг нашел все-таки свое место на цитадели крымской законодательной власти, правда, не столь высокое, на каком раньше веял в гордом, почти "суверенном", одиночестве флаг Крыма.

Л. Такош
Крымское отделение УНЦПИ